О ПроектеАпологетикаНовый ЗаветЛитургияПроповедьГалереиМузыкальная коллекцияКонтакты

Алфавитный указатель:

АБВГ
ДЕЖЗ
ИКЛМ
НОПР
СТУФ
ХЦЧШ
ЩЭЮЯ


Все имена на сайте

Все имена на сайте

АВЕРИНЦЕВ Сергей Сергеевич
АДАМОВИЧ Георгий Викторович
АРАБОВ Юрий Николаевич
АРХАНГЕЛЬСКИЙ Александр Николаевич
АСТАФЬЕВ Виктор Петрович
АХМАТОВА Анна Андреевна
АХМАДУЛИНА Белла Ахатовна
АДЕЛЬГЕЙМ Павел Анатольевич (протоиерей)
АНТОНИЙ [Андрей Борисович Блум] (митрополит)
АЛЕШКОВСКИЙ Петр Маркович
АЛЛЕГРИ Грегорио
АЛЬБИНОНИ Томазо
АЛЬФОНС X Мудрый
АМВРОСИЙ Медиоланский
АФОНИНА Сайда Мунировна
АРОНЗОН Леонид Львович
АМИРЭДЖИБИ Чабуа Ираклиевич
АРТЕМЬЕВ Эдуард Николаевич
АЛДАШИН Михаил Владимирович
АНДЕРСЕН Ларисса Николаевна
АНДЕРСЕН Ханс Кристиан
АЛЛЕНОВА Ольга
АНФИЛОВ Глеб Иосафович
АПУХТИН Алексей Николаевич
АФАНАСЬЕВ Леонид Николаевич
АКСАКОВ Иван Сергеевич
АНУФРИЕВА Наталия Даниловна
АРЦЫБУШЕВ Алексей Петрович
АНСИМОВ Георгий Павлович
АДРИАНА (монахиня) [Наталия Владимировна Малышева]
АЛЬШАНСКАЯ Елена Леонидовна
АРХАНГЕЛЬСКАЯ Анна Валерьевна
АЛЕКСЕЕВ Анатолий Алексеевич
АРКАДЬЕВ Михаил Александрович
АЛЕКСАНДРОВ Кирилл Михайлович
АРБЕНИНА Диана Сергеевна
АРШАКЯН Лев (иерей)
АБЕЛЬ Карл Фридрих
АЛФЁРОВА Ксения Александровна
БАЛЬМОНТ Константин Дмитриевич
БУНИН Иван Алексеевич
БЕХТЕЕВ Сергей Сергеевич
БИТОВ Андрей Георгиевич
БОНДАРЧУК Алёна Сергеевна
БОРОДИН Леонид Иванович
БУЛГАКОВ Михаил Афанасьевич
БУТУСОВ Вячеслав Геннадьевич
БОНХЁФФЕР Дитрих
БЕРЕСТОВ Валентин Дмитриевич
БРУКНЕР Антон
БРАМС Иоганнес
БРУХ Макс
БЕЛОВ Алексей
БЕРДЯЕВ Николай Александрович
БЕРЕЗИН Владимир Александрович
БЕРНАНОС Жорж
БЕРОЕВ Егор Вадимович
БРЭГГ Уильям Генри
БУНДУР Олег Семёнович
БАЛАКИРЕВ Милий Алексеевич
БАХ Иоганн Себастьян
БЕТХОВЕН Людвиг ван
БОРОДИН Александр Порфирьевич
БАТАЛОВ Алексей Владимирович
БЕНЕВИЧ Григорий Исаакович
БИЗЕ Жорж
БРЕГВАДЗЕ Нани Георгиевна
БУЗНИК Михаил Христофорович
БОРИСОВ Александр Ильич (священник)
БЛОХ Карл
БУЛГАКОВ Артем
БЕГЛОВ Алексей Львович
БЕХТЕРЕВА Наталья Петровна
БЕРЯЗЕВ Владимир Алексееич
БУОНИНСЕНЬЯ Дуччо ди
БРОДСКИЙ Иосиф Александрович
БАКУЛИН Мирослав Юрьевич
БАСИНСКИЙ Павел Валерьевич
БУКСТЕХУДЕ Дитрих
БУЛГАКОВ Сергий Николаевич (священник)
БАТИЩЕВА Янина Генриховна
БИБЕР Генрих
БАРКЛИ Уильям
БЕРХИН Владимир
БОРИСОВ Николай Сергеевич
БУЛЫГИН Павел Петрович
БОРОВИКОВСКИЙ Александр Львович
БЫКОВ Дмитрий Львович
БАЛАЯН Елена Владимировна
БИККУЛОВА Алёна Алексеевна
БЕЛАНОВСКИЙ Юрий Сергеевич
БУРОВ Алексей Владимирович
БАХРЕВСКИЙ Владислав Анатольевич
БАШУТИН Борис Валерьевич
БЕРЕЗОВА Юлия
БАБЕНКО Алёна Олеговна
БУЦКО Юрий Маркович
БОЛДЫШЕВА Ирина Валентиновна
БАК Дмитрий Петрович
БЕЛЛ Роб
БИБИХИН Владимир Вениаминович
БАРТ Карл
БУДЯШЕК Ян
БАЙТОВ Николай Владимирович
БАТОВ Олег Анатольевич (протоиерей)
БЕНИНГ Симон
БАЛТРУШАЙТИС Юргис Казимирович
БЕЛЬСКИЙ Станислав
БЕЛОХВОСТОВА Юлия
БЕЖИН Леонид Евгеньевич
БИРЮКОВА Марина
БОЕВ Пётр Анатольевич (иерей)
БЫКОВ Василь Владимирович
ВАРЛАМОВ Алексей Николаевич
ВАСИЛЬЕВА Екатерина Сергеевна
ВОЛОШИН Максимилиан Александрович
ВЯЗЕМСКИЙ Юрий Павлович
ВАРЛЕЙ Наталья Владимировна
ВИВАЛЬДИ Антонио
ВО Ивлин
ВОРОПАЕВ Владимир Алексеевич
ВИСКОВ Антон Олегович
ВОЗНЕСЕНСКАЯ Юлия Николаевна
ВИШНЕВСКАЯ Галина Павловна
ВИЛЕНСКИЙ Семен Самуилович
ВАСИЛИЙ (епископ) [Владимир Михайлович Родзянко]
ВОЛКОВ Павел Владимирович
ВЕЙЛЬ Симона
ВОДОЛАЗКИН Евгений Германович
ВОЛОДИХИН Дмитрий Михайлович
ВЕЛИЧАНСКИЙ Александр Леонидович
ВОЛЧКОВ Сергей Валерьевич
ВАРСОНОФИЙ (архимандрит) [Павел Иванович Плиханков]
ВЕРТИНСКАЯ Анастасия Александровна
ВДОВИЧЕНКОВ Владимир Владимирович
ВАССА [Ларина] (инокиня)
ВИНОГРАДОВ Леонид
ВАСИН Вячеслав Георгиевич
ВАРАЕВ Максим Владимирович (священник)
ВИТАЛИ Джованни Баттиста
ВУЙЧИЧ Ник
ВОСКРЕСЕНСКИЙ Семен Николаевич
ВЕЛИКАНОВ Павел Иванович (протоиерей)
ВАСИЛЮК Фёдор Ефимович
ВИКТОРИЯ Томас Луис
ВАЙГЕЛЬ Валентин
ВАНЬЕ Жан
ВЛАДИМИРСКИЙ Леонид Викторович
ВЫРЫПАЕВ Иван Александрович
ВОЛФ Мирослав
ГОЛЕНИЩЕВ-КУТУЗОВ Арсений Аркадьевич
ГАЛАКТИОНОВА Вера Григорьевна
ГАЛИЧ Александр Аркадьевич
ГАЛКИН Борис Сергеевич
ГЕЙЗЕНБЕРГ Вернер
ГЕТМАНОВ Роман Николаевич
ГИППИУС Зинаида Николаевна
ГОБЗЕВА Ольга Фроловна [монахиня Ольга]
ГОГОЛЬ Николай Васильевич
ГРАНИН Даниил Александрович
ГУМИЛЁВ Николай Степанович
ГУСЬКОВ Алексей Геннадьевич
ГУРЦКАЯ Диана Гудаевна
ГАЛЬЦЕВА Рената Александровна
ГОРОДОВА Мария Александровна
ГАЛЬ Юрий Владимирович
ГЛИНКА Михаил Иванович
ГРАДОВА Екатерина Георгиевна
ГАЙДН Йозеф
ГЕНДЕЛЬ Георг Фридрих
ГЕРМАН Расслабленный
ГРИГ Эдвард
ГОРБОВСКИЙ Глеб Яковлевич
ГАЛУППИ Бальдассаре
ГЛЮК Кристоф
ГУРЕЦКИЙ Хенрик Миколай
ГУМАНОВА Ольга
ГЕРМАН Анна
ГРИЛИХЕС Леонид (священник)
ГРААФ Фредерика(Мария) де
ГОРДИН Яков Аркадьевич
ГЛИНКА Елизавета Петровна (Доктор Лиза)
ГУРБОЛИКОВ Владимир Александрович
ГРИЦ Илья Яковлевич
ГРЫМОВ Юрий Вячеславович
ГОРИЧЕВА Татьяна Михайловна
ГВАРДИНИ Романо
ГУБАЙДУЛИНА София Асгатовна
ГОЛЬДШТЕЙН Дмитрий Витальевич
ГОРЮШКИН-СОРОКОПУДОВ Иван Силыч
ГРЕЧКО Георгий Михайлович
ГРИМБЛИТ Татьяна Николаевна
ГОРБАНЕВСКАЯ Наталья Евгеньевна
ГРИБ Андрей Анатольевич
ГОЛОВКОВА Лидия Алексеевна
ГАСЛОВ Игорь Владимирович
ГОДИНЕР Анна Вацлавовна
ГЕРЦЫК Аделаида Казимировна
ГНЕЗДИЛОВ Андрей Владимирович
ГУТНЕР Григорий Борисович
ГАРКАВИ Дмитрий Валентинович
ГОРОДЕЦКАЯ Надежда Даниловна
ГУПАЛО Георгий Михайлович
ГЕ Николай Николаевич
ГАЛИК Либор Серафим (священник)
ГЕЗАЛОВ Александр Самедович
ГЕНИСАРЕТСКИЙ Олег Игоревич
ГЕОРГИЙ [Жорж Ходр] (митрополит)
ГИППЕНРЕЙТЕР Юлия Борисовна
ГРЕБЕНЩИКОВ Борис Борисович
ГРАММАТИКОВ Владимир Александрович
ГУЛЯЕВ Георгий Анатольевич (протоиерей)
ГУМЕРОВА Анна Леонидовна
ГОРОДНИЦКИЙ Александр Моисеевич
ГИОРГОБИАНИ Давид
ГОЛЬЦМАН Ян Янович
ГАНДЛЕВСКИЙ Сергей Маркович
ГЕНИЕВА Екатерина Юрьевна
ГЛУХОВСКИЙ Дмитрий Алексеевич
ГРУНИН Юрий Васильевич
ДЮЖЕВ Дмитрий Петрович
ДОРЕ Гюстав
ДЕМЕНТЬЕВ Андрей Дмитриевич
ДЕСНИЦКИЙ Андрей Сергеевич
ДОВЛАТОВ Сергей Донатович
ДОСТОЕВСКИЙ Фёдор Михайлович
ДРУЦЭ Ион
ДИКИНСОН Эмили
ДЕБЮССИ Клод
ДВОРЖАК Антонин
ДАРГОМЫЖСКИЙ Александр Сергеевич
ДОНН Джон
ДВОРКИН Александр Леонидович
ДУНАЕВ Михаил Михайлович
ДАНИЛОВА Анна Александровна
ДЖОТТО ди Бондоне
ДИОДОРОВ Борис Аркадьевич
ДЬЯЧКОВ Александр Андреевич
ДЖЕССЕН Джианна
ДЖАБРАИЛОВА Мадлен Расмиевна
ДРОЗДОВ Николай Николаевич
ДАНИЛОВ Дмитрий Алексеевич
ДИМИТРИЙ (иеромонах) [Михаил Сергеевич Першин]
ДИККЕНС Чарльз
ДОРОНИНА Татьяна Васильевна
ДЕНИСОВ Эдисон Васильевич
ДАНИЛОВ Анатолий Евгеньевич
ДАНИЛОВА Юлия
ДОРМАН Елена Юрьевна
ДРАГУНСКИЙ Денис Викторович
ДУДЧЕНКО Андрей (протоиерей)
ДЕГЕН Ион Лазаревич
ЕСАУЛОВ Иван Андреевич
ЕМЕЛЬЯНЕНКО Федор Владимирович
ЕЛЬЧАНИНОВ Александр Викторович (священник)
ЕГЕРШТЕТТЕР Франц
ЖИРМУНСКАЯ Тамара Александровна
ЖУКОВСКИЙ Василий Андреевич
ЖИДКОВ Юрий Борисович
ЖУРИНСКАЯ Марина Андреевна
ЖИЛЬСОН Этьен Анри
ЖИЛЛЕ Лев (архимандрит)
ЖИВОВ Виктор Маркович
ЖАДОВСКАЯ Юлия Валериановна
ЖИГУЛИН Анатолий Владимирович
ЖЕЛЯБИН-НЕЖИНСКИЙ Олег
ЖИРАР Рене
ЗАЛОТУХА Валерий Александрович
ЗОЛОТУССКИЙ Игорь Петрович
ЗУБОВ Андрей Борисович
ЗАНУССИ Кшиштоф
ЗВЯГИНЦЕВ Андрей Петрович
ЗАХАРОВ Марк Анатольевич
ЗОРИН Александр Иванович
ЗАХАРЧЕНКО Виктор Гаврилович
ЗЕЛИНСКАЯ Елена Константиновна
ЗАБОЛОЦКИЙ Николай Алексеевич
ЗОЛОТОВ Андрей
ЗОЛОТОВ Андрей Андреевич
ЗАБЕЖИНСКИЙ Илья Аронович
ЗАЙЦЕВ Андрей
ЗОЛОТУХИН Денис Валерьевич (священник)
ЗАЙЦЕВА Татьяна
ЗОЛЛИ Исраэль
ЗЕЛИНСКИЙ Владимир Корнелиевич (протоиерей)
ЗОБИН Григорий Соломонович
ИВАНОВ Вячеслав Иванович
ИСКАНДЕР Фазиль Абдулович
ИВАНОВ Георгий Владимирович
ИЛЬИН Владимир Адольфович
ИГНАТОВА Елена Алексеевна
ИЛАРИОН (митрополит) [Григорий Валериевич Алфеев]
ИАННУАРИЙ (архимандрит) [Дмитрий Яковлевич Ивлев]
ИЛЬЯШЕНКО Александр Сергеевич (священник)
ИЛЬИН Иван Александрович
ИЛЬКАЕВ Радий Иванович
ИВАНОВ Вячеслав Всеволодович
КОНАЧЕВА Светлана Александровна
КАБАКОВ Александр Абрамович
КАБЫШ Инна Александровна
КАРАХАН Лев Маратович
КИБИРОВ Тимур Юрьевич
КОЗЛОВ Иван Иванович
КОЛЛИНЗ Френсис Селлерс
КОНЮХОВ Фёдор Филлипович (диакон)
КОПЕРНИК Николай
КУБЛАНОВСКИЙ Юрий Михайлович
КУРБАТОВ Валентин Яковлевич
КУСТУРИЦА Эмир
КУЧЕРСКАЯ Майя Александровна
КУШНЕР Александр Семенович
КАПЛАН Виталий Маркович
КУРАЕВ Андрей Вячеславович (протодиакон)
КОРМУХИНА Ольга Борисовна
КУХИНКЕ Норберт
КУПЧЕНКО Ирина Петровна
КЛОДЕЛЬ Поль
КОЗЛОВ Максим Евгеньевич (священник)
КАЛИННИКОВ Василий Сергеевич
КОРЕЛЛИ Арканджело
КАРОЛЬСФЕЛЬД Юлиус
КИРИЛЛОВА Ксения
КЕКОВА Светлана Васильевна
КОРЖАВИН Наум Моисеевич
КРЮЧКОВ Павел Михайлович
КРУГЛОВ Сергий Геннадьевич (священник)
КРАВЦОВ Константин Павлович (священник)
КНАЙФЕЛЬ Александр Аронович
КИКТЕНКО Вячеслав Вячеславович
КУРЕНТЗИС Теодор
КЫРЛЕЖЕВ Александр Иванович
КОШЕЛЕВ Николай Андреевич
КЮИ Цезарь Антонович
КОРЧАК Януш
КЛОДТ Евгений Георгиевич
КРАСНИКОВА Ольга Михайловна
КОРОЛЕНКО Псой
КЬЕРКЕГОР Серен
КОВАЛЬДЖИ Владимир
КОВАЛЬДЖИ Кирилл Владимирович
КОРИНФСКИЙ Аполлон Аполлонович
КЮХЕЛЬБЕКЕР Вильгельм Карлович
КОЗЛОВСКИЙ Иван Семёнович
КАРПОВ Сергей Павлович
КАМБУРОВА Елена Антоновна
КРАСИЛЬНИКОВ Сергей Александрович
КОПЕЙКИН Кирилл (протоиерей)
КАЛЕДА Кирилл Глебович (протоиерей)
КРАСНОВА Татьяна Викторовна
КРИВОШЕИНА Ксения Игоревна
КОТОВ Андрей Николаевич
КОРНОУХОВ Александр Давыдович
КЛЮКИНА Ольга Петровна
КАССИЯ
КРАВЕЦ Сергей Леонидович
КАЗАРНОВСКАЯ Любовь Юрьевна
КРАВЕЦКИЙ Александр Геннадьевич
КРИВУЛИН Виктор Борисович
КОСТЮКОВ Леонид Владимирович
КЛЕМАН Оливье
КУКИН Михаил Юрьевич
КОНАНОС Андрей (архимандрит)
КИРИЛЛОВ Игорь Леонидович
КАЛЛИСТ [Тимоти Уэр ] (митрополит)
КРИВОШЕИН Никита Игоревич
КИТНИС Тимофей
КИНДИНОВ Евгений Арсеньевич
КЛИМОВ Дмирий (протоиерей)
КОЗЫРЕВ Алексей Павлович
КУПРИЯНОВ Борис Леонидович (протоиерей)
КОКИН Илья Анатольевич (диакон)
КНЯЗЕВ Евгений Владимирович
КРАПИВИН Владислав Петрович
КЕННЕТ Клаус
КОЛОНИЦКИЙ Борис Иванович
КОРДОЧКИН Андрей (протоиерей)
ЛИЕПА Илзе
ЛИПКИН Семён Израилевич
ЛЮБОЕВИЧ Дивна
ЛОПАТКИНА Ульяна Вячеславовна
ЛОШИЦ Юрий Михайлович
ЛЕВИТАНСКИЙ Юрий Давыдович
ЛЕРМОНТОВ Михаил Юрьевич
ЛУНГИН Павел Семенович
ЛЬЮИС Клайв Стейплз
ЛУКЬЯНОВА Ирина Владимировна
ЛИСНЯНСКАЯ Инна Львовна
ЛЕГОЙДА Владимир Романович
ЛЮБИМОВ Илья Петрович
ЛОКАТЕЛЛИ Пьетро
ЛЮБАК Анри де
ЛАЛО Эдуар
ЛЕОНОВ Андрей Евгеньевич
ЛОСЕВА Наталья Геннадьевна
ЛИЕПА Андрис Марисович
ЛЯДОВ Анатолий Константинович
ЛАРШЕ Жан-Клод
ЛОСЕВ Алексей Федорович
ЛИСТ Ференц
ЛЮЛЛИ Жан-Батист
ЛЕГА Виктор Петрович
ЛОБАНОВ Валерий Витальевич
ЛЮБИМОВ Борис Николаевич
ЛЕВШЕНКО Борис Трифонович (священник)
ЛОРГУС Андрей Вадимович (священник)
ЛАССО Орландо
ЛЮБИЧ Кьяра
ЛУЧЕНКО Ксения Валерьевна
ЛЮБШИН Станислав Андреевич
ЛЕОНОВ Евгений Павлович
ЛАВЛЕНЦЕВ Игорь Вячеславович
ЛЮДОГОВСКИЙ Феодор (иерей)
ЛЮБИМОВ Григорий Александрович
ЛАВРОВ Владимир Михайлович
ЛЕОНОВИЧ Владимир Николаевич
ЛОПУШАНСКИЙ Константин Сергеевич
ЛИТВИНОВ Александр Михайлович
ЛУЧКО Клара Степановна
ЛАВДАНСКИЙ Александр Александрович
ЛОБЬЕ де Патрик
ЛАШКОВА Вера Иосифовна
ЛИПОВКИНА Татьяна
ЛОРЕНЦЕТТИ Амброджо
ЛОТТИ Антонио
ЛУКИН Павел Владимирович
ЛАШИН Емилиан Владимирович
МАЙКОВ Апполон Николаевич
МАКДОНАЛЬД Джордж
МАКОВЕЦКИЙ Сергей Васильевич
МАКОВСКИЙ Сергей Константинович
МАКСИМОВ Андрей Маркович
МАМОНОВ Пётр Николаевич
МАНДЕЛЬШТАМ Осип Эмильевич
МИНИН Владимир Николаевич
МИРОНОВ Евгений Витальевич
МОТЫЛЬ Владимир Яковлевич
МУРАВЬЕВА Ирина Вадимовна
МИЛЛИКЕН Роберт Эндрюс
МЮРРЕЙ Джозеф Эдвард
МАРКОНИ Гульельмо
МАТОРИН Владимир Анатольевич
МЕДУШЕВСКИЙ Вячеслав Вячеславович
МОРИАК Франсуа
МАРТЫНОВ Владимир Иванович
МЕНДЕЛЬСОН Феликс
МИРОНОВА Мария Андреевна
МАЛЕР Густав
МУСОРГСКИЙ Модест Петрович
МОЦАРТ Вольфганг Амадей
МАНФРЕДИНИ Франческо Онофрио
МИХАЙЛОВА Марина Валентиновна
МЕНЬ Александр (протоиерей)
МИХАЙЛОВ Александр Николаевич
МЕРЗЛИКИН Андрей Ильич
МАССНЕ Жюль
МАРЧЕЛЛО Алессандро
МАШО Гийом де
МАХНАЧ Владимир Леонидович
МАШЕГОВ Алексей
МЕРКЕЛЬ Ангела
МЕЛАМЕД Игорь Сунерович
МОНТИ Витторио
МИЛЛЕР Лариса Емельяновна
МОЖЕГОВ Владимир
МАКАРСКИЙ Антон Александрович
МАКАРИЙ (иеромонах) [Марк Симонович Маркиш]
МИТРОФАНОВ Георгий Николаевич (священник)
МОЩЕНКО Владимир Николаевич
МОГУТИН Юрий Николаевич
МИНДАДЗЕ Александр Анатольевич
МИКИТА Андрей Иштванович
МАТВИЕНКО Игорь Игоревич
МЕЖЕНИНА Лариса Николаевна
МАРИЯ (монахиня) [Елизавета Юрьевна Пиленко]
МИРСКИЙ Георгий Ильич
МАЛАХОВА Лилия
МАРКИНА Надежда Константиновна
МОЛЧАНОВ Владимир Кириллович
МАГГЕРИДЖ Малькольм
МЕЛЛО Альберто
МОРОЗОВ Александр Олегович
МАКНОТОН Джон
МЕЕРСОН Ольга
МЕЕРСОН-АКСЕНОВ Михаил Георгиевич (протоиерей)
МИТРОФАНОВА Алла Сергеевна
МЕНЬШОВА Юлия Владимировна
МАЗЫРИН Александр (иерей)
МУРАВЬЁВ Алексей Владимирович
МАЛЬЦЕВА Надежда Елизаровна
МАГИД Сергей Яковлевич
МАРЕ Марен
МИРОНЕНКО Сергей Владимирович
НАРЕКАЦИ Григор
НЕКРАСОВ Николай Алексеевич
НЕПОМНЯЩИЙ Валентин Семенович
НИКОЛАЕВ Юрий Александрович
НИКОЛАЕВА Олеся Александровна
НЬЮТОН Исаак
НИКОЛАЙ [ Никола Велимирович ] (епископ)
НОРШТЕЙН Юрий Борисович
НЕГАТУРОВ Вадим Витальевич
НЕСТЕРЕНКО Евгений Евгеньевич
НОВИКОВ Денис Геннадьевич
НЕЖДАНОВ Владимир Васильевич (священник)
НЕСТЕРЕНКО Василий Игоревич
НЕКТАРИЙ (игумен) [Родион Сергеевич Морозов]
НАДСОН Семён Яковлевич
НИКИТИН Иван Саввич
НИКОЛАЙ [Николай Хаджиниколау] (митрополит)
НАЗАРОВ Александр Владимирович
НИВА Жорж
НИШНИАНИДЗЕ Шота Георгиевич
НИКУЛИН Николай Николаевич
ОКУДЖАВА Булат Шалвович
ОСИПОВ Алексей Ильич
ОРЕХОВ Дмитрий Сергеевич
ОРЛОВА Василина Александровна
ОСТРОУМОВА Ольга Михайловна
ОЦУП Николай Авдеевич
ОГОРОДНИКОВ Александр Иоильевич
ОБОЛДИНА Инга Петровна
ОХАПКИН Олег Александрович
ОРЕХАНОВ Георгий Леонидович (протоиерей)
ПАНТЕЛЕЕВ Леонид
ПАСКАЛЬ Блез
ПАСТЕР Луи
ПАСТЕРНАК Борис Леонидович
ПИРОГОВ Николай Иванович
ПЛАНК Макс
ПЛЕЩЕЕВ Алексей Николаевич
ПОГУДИН Олег Евгеньевич
ПОЛОНСКИЙ Яков Петрович
ПОЛЯКОВА Надежда Михайловна
ПОЛЯНСКАЯ Екатерина Владимировна
ПРОШКИН Александр Анатольевич
ПУШКИН Александр Сергеевич
ПАВЛОВИЧ Надежда Александровна
ПЕГИ Шарль
ПРОКОФЬЕВА Софья Леонидовна
ПЕТРОВА Татьяна Юрьевна
ПЯРТ Арво
ПОЛЕНОВ Василий Дмитриевич
ПЕРГОЛЕЗИ Джованни
ПЁРСЕЛЛ Генри
ПАЛЕСТРИНА Джованни Пьерлуиджи
ПЕТР (игумен) [Валентин Андреевич Мещеринов]
ПУЩАЕВ Юрий Владимирович
ПУЗАКОВ Алексей Александрович
ПАВЛОВ Олег Олегович
ПРОСКУРИНА Светлана Николаевна
ПАНИЧ Светлана Михайловна
ПЕЛИКАН Ярослав
ПОЛИКАНИНА Валентина Петровна
ПЬЕЦУХ Вячеслав Алексеевич
ПЕТРАРКА Франческо
ПУСТОВАЯ Валерия Ефимовна
ПЕВЦОВ Дмитрий Анатольевич
ПАНЮШКИН Валерий Валерьевич
ПОЗДНЯЕВА Кира
ПИВОВАРОВ Юрий Сергеевич
ПОРОШИНА Мария Михайловна
ПЕТРЕНКО Алексей Васильевич
ПАРРАВИЧИНИ Эльвира
ПРЕЛОВСКИЙ Анатолий Васильевич
ПАНТЕЛЕИМОН [Аркадий Викторович Шатов] (епископ)
ПРЕКУП Игорь (священник)
ПЕТРАНОВСКАЯ Людмила Владимировна
ПОДОБЕДОВА Ольга Ильинична
ПОПОВА Ольга Сигизмундовна
ПАРФЕНОВ Филипп (священник)
ПЛОТКИНА Алла Григорьевна
ПАРХОМЕНКО Сергей Борисович
ПАЗЕНКО Егор Станиславович
ПРОХОРОВА Ирина Дмитриевна
ПАГЫН Сергей Анатольевич
РАСПУТИН Валентин Григорьевич
РОМАНОВ Константин Константинович (КР)
РЫБНИКОВ Алексей Львович
РАТУШИНСКАЯ Ирина Борисовна
РОСС Рональд
РАНЦАНЕ Анна
РАЗУМОВСКИЙ Феликс Вельевич
РАХМАНИНОВ Сергей Васильевич
РАВЕЛЬ Морис
РАУШЕНБАХ Борис Викторович
РУБЛЕВ Андрей
РИМСКИЙ-КОРСАКОВ Николай Андреевич
РЕВИЧ Александр Михайлович
РУБЦОВ Николай Михайлович
РАТНЕР Лилия Николаевна
РОСТРОПОВИЧ Мстислав Леопольдович
РОГИНСКИЙ Арсений Борисович
РОЗЕНБЛЮМ Константин Витольд
РЕШЕТОВ Алексей Леонидович
РОГОВЦЕВА Ада Николаевна
РЫЖЕНКО Павел Викторович
РОДНЯНСКАЯ Ирина Бенционовна
РИЛЬКЕ Райнер Мария
РОШЕ Константин Константинович
РАКИТИН Александр Анатольевич
РОМАНЕНКО Татьяна Анатольевна
РЯШЕНЦЕВ Юрий Евгеньевич
РАЗУМОВ Анатолий Яковлевич
РУЛИНСКИЙ Василий Васильевич
СВИРИДОВ Георгий Васильевич
СЕДАКОВА Ольга Александровна
СЛУЦКИЙ Борис Абрамович
СМОКТУНОВСКИЙ Иннокентий Михайлович
СОЛЖЕНИЦЫН Александрович Исаевич
СОЛОВЬЕВ Владимир Сергеевич
СОЛОДОВНИКОВ Александр Александрович
СТЕБЛОВ Евгений Юрьевич
СТУПКА Богдан Сильвестрович
СОКОЛОВ-МИТРИЧ Дмитрий Владимирович
СМОЛЛИ Ричард
СЭЙЕРС Дороти
СМОЛЬЯНИНОВА Евгения Валерьевна
СТЕПАНОВ Юрий Константинович
СИМОНОВ Константин Михайлович
СМОЛЬЯНИНОВ Артур Сергеевич
СЕДОВ Константин Сергеевич
СОПРОВСКИЙ Александр Александрович
СКАРЛАТТИ Алессандро
САРАСКИНА Людмила Ивановна
САМОЙЛОВ Давид Самуилович
САРАСАТЕ Пабло
СТРАДЕЛЛА Алессандро
СУРОВА Людмила Васильевна
СЛУЧЕВСКИЙ Николай Владимирович
СОКОЛОВ Александр Михайлович
СОЛОУХИН Владимир Алексеевич
СТОГОВ Илья Юрьевич
СЕН-САНС Камиль
СОКУРОВ Александр Николаевич
СТРУВЕ Никита Алексеевич
СОЛЖЕНИЦЫН Игнат Александрович
СИКОРСКИЙ Игорь Иванович
СУИНБЕРН Ричард
САВВА (Мажуко) архимандрит
САНАЕВ Павел Владимирович
СИЛЬВЕСТРОВ Валентин Васильевич
СТЕФАНОВИЧ Николай Владимирович
СОНЬКИНА Анна Александровна
СИНЯЕВА Ольга
СОЛОНИЦЫН Алексей Алексеевич
САЛИМОН Владимир Иванович
СВЕТОЗАРСКИЙ Алексей Константинович
СКУРАТ Константин Ефимович
СВЕШНИКОВА Мария Владиславовна
СЕНЬЧУКОВА Мария Сергеевна [ инокиня Евгения ]
СЕЛЕЗНЁВ Михаил Георгиевич
САВЧЕНКО Николай (священник)
СПИВАКОВСКИЙ Павел Евсеевич
САДОВНИКОВА Елена Юрьевна
СЕН-ЖОРЖ Жозеф
СУДАРИКОВ Виктор Андреевич
САММАРТИНИ Джованни Баттиста
САНДЕРС Скип и Гвен
СКВОРЦОВ Ярослав Львович
СТЕПАНОВА Мария Михайловна
САРАБЬЯНОВ Владимир Дмитриевич
СЛАДКОВ Дмитрий Владимирович
СТОРОЖЕВА Вера Михайловна
СИГОВ Константин Борисович
СТЕПУН Фёдор Августович
СЕНДЕРОВ Валерий Анатольевич
СВЕЛИНК Ян
СТЕРЖАКОВ Владимир Александрович
СТРУКОВА Алиса
СУХИХ Игорь Николаевич
ТЮТЧЕВ Фёдор Иванович
ТУРОВЕРОВ Николай Николаевич
ТАРКОВСКИЙ Михаил Александрович
ТЕРАПИАНО Юрий Константинович
ТОНУНЦ Елена Константиновна
ТРАУБЕРГ Наталья Леонидовна
ТАУНС Чарльз
ТОКМАКОВ Лев Алексеевич
ТКАЧЕНКО Александр
ТЕУНИКОВА Юлия Александровна
ТАРТИНИ Джузеппе
ТИССО Джеймс
ТРОШИН Валерий Владимирович
ТАХО-ГОДИ Аза (Наталья) Алибековна
ТАВЕНЕР Джон
ТОЛКИН Джон Рональд Руэл
ТРАНСТРЁМЕР Тумас
ТАРИВЕРДИЕВ Микаэл Леонович
ТЕПЛИЦКИЙ Виктор (протоиерей)
ТРОСТНИКОВА Елена Викторовна
ТОЛСТОЙ Алексей Константинович
ТУРГЕНЕВ Иван Сергеевич
ТЕПЛЯКОВ Виктор Григорьевич
ТИМОФЕЕВ Александр (священник)
ТИРИ Жан-Франсуа
ТАРКОВСКИЙ Арсений Александрович
ТЕЙЛОР Чарльз
ТАРАСОВ Аркадий Евгеньевич
ТЕРСТЕГЕН Герхард
ТАЛАШКО Владимир Дмитриевич
ТУРОВА Варвара
УЖАНКОВ Александр Николаевич
УОЛД Джордж
УМИНСКИЙ Алексей (священник)
УСПЕНСКИЙ Михаил Глебович
УЗЛАНЕР Дмитрий
УГЛОВ Николай Владимирович
УСПЕНСКИЙ Федор Борисович
УЛИЦКАЯ Людмила Евгеньевна
ФУДЕЛЬ Сергей Иосифович
ФЕТ Афанасий Афанасьевич
ФЕДОСЕЕВ Владимир Иванович
ФИЛЛИПС Уильям
ФРА БЕАТО АНДЖЕЛИКО
ФРАНК Семён Людвигович
ФИРСОВ Сергей Львович
ФЕСТЮЖЬЕР Андре-Жан
ФАСТ Геннадий (священник)
ФОРЕСТ Джим
ФЕОДОРИТ (иеродиакон) [Сергей Валентинович Сеньчуков]
ФОФАНОВ Константин Михайлович
ФЕДОТОВ Георгий Петрович
ФРАНКЛ Виктор
ФЛАМ Людмила Сергеевна
ФЛОРОВСКИЙ Георгий Васильевич (протоиерей)
ФОМИН Игорь (протоиерей)
ФИЛАТОВ Леонид Алексеевич
ФЕДЕРМЕССЕР Анна Константиновна
ХОТИНЕНКО Владимир Иванович
ХОМЯКОВ Алексей Степанович
ХОДАСЕВИЧ Владислав Фелицианович
ХАМАТОВА Чулпан Наилевна
ХАБЬЯНОВИЧ-ДЖУРОВИЧ Лиляна
ХУДИЕВ Сергей Львович
ХЕРСОНСКИЙ Борис Григорьевич
ХИЛЬДЕГАРДА Бингенская
ХОРУЖИЙ Сергей Сергеевич
ХЛЕБНИКОВ Олег Никитьевич
ХЕТАГУРОВ Коста Леванович
ХОРИНЯК Алевтина Петровна
ХЛЕВНЮК Олег Витальевич
ХИЛЛМАН Кристофер
ХОПКО Фома Иванович (протопресвитер)
ЦИПКО Александр Сергеевич
ЦВЕТАЕВА Анастасия Ивановна
ЦФАСМАН Михаил Анатольевич
ЦВЕЛИК Алексей Михайлович
ЦЫПИН Владислав Александрович (протоиерей)
ЧАЛИКОВА Галина Владленовна
ЧУРИКОВА Инна Михайловна
ЧЕРЕНКОВ Федор Федорович
ЧЕЙН Эрнст
ЧАЙКОВСКАЯ Елена Анатольевна
ЧЕХОВ Антон Павлович
ЧЕСТЕРТОН Гилберт
ЧЕРНЯК Андрей Иосифович
ЧЕРНИКОВА Татьяна Васильевна
ЧИЧИБАБИН Борис Алексеевич
ЧИСТЯКОВ Георгий Петрович (священник)
ЧЕРКАСОВА Елена Игоревна
ЧАВЧАВАДЗЕ Елена Николаевна
ЧУХОНЦЕВ Олег Григорьевич
ЧАВЧАВАДЗЕ Зураб Михайлович
ЧАПНИН Сергей Валерьевич
ЧАРСКАЯ Лидия Алексеевна
ЧЕРНЫХ Наталия Борисовна
ЧИМАБУЭ Ченни ди Пепо
ЧУКОВСКАЯ Елена Цезаревна
ЧЕЙГИН Петр Николаевич
ШЕМЯКИН Михаил Михайлович
ШЕВЧУК Юрий Юлианович
ШАНГИН Никита Генович
ШИРАЛИ Виктор Гейдарович
ШАВЛОВ Артур
ШЕВАРОВ Дмитрий Геннадьевич
ШУБЕРТ Франц
ШУМАН Роберт
ШМЕМАН Александр Дмитриевич (священник)
ШНИТКЕ Альфред Гарриевич
ШМИТТ Эрик-Эммануэль
ШАТАЛОВА Соня
ШАГИН Дмитрий Владимирович
ШУЛЬЧЕВА-ДЖАРМАН Ольга Александровна
ШТЕЙН Ася Владимировна
ШМЕЛЕВ Иван Сергеевич
ШНОЛЬ Дмитрий Эммануилович
ШАЦКОВ Андрей Владиславович
ШЕСТИНСКИЙ Олег Николаевич
ШВАРЦ Елена Андреевна
ШИК Елизавета Михайловна
ШИЛОВА Ольга
ШПОЛЯНСКИЙ Михаил (протоиерей)
ШМАИНА-ВЕЛИКАНОВА Анна Ильинична
ШВЕД Дмитрий Иванович
ШЛЯХТИН Роман
ШМИДТ Вильям Владимирович
ШТАЙН Эдит
ШОСТАКОВИЧ Дмитрий Дмитриевич
ШМЕЛЁВ Алексей Дмитриевич
ШНУРОВ Константин Сергеевич
ШОРОХОВА Татьяна Сергеевна
ШАУБ Игорь Юрьевич
ЩЕПЕНКО Михаил Григорьевич
ЭЛИОТ Томас Стернз
ЭКЛС Джон
ЭЛГАР Эдуард
ЭЛИТИС Одиссеас
ЭППЛЕ Николай Владимирович
ЭПШТЕЙН Михаил Наумович
ЭГГЕРТ Константин Петрович
ЭЛЬ ГРЕКО
ЭДЕЛЬШТЕЙН Георгий (протоиерей)
ЮРСКИЙ Сергей Юрьевич
ЮРЧИХИН Фёдор Николаевич
ЮДИНА Мария Вениаминовна
ЮРЕВИЧ Андрей (протоиерей)
ЮРЕВИЧ Ольга
ЯМЩИКОВ Савва Васильевич
ЯЗЫКОВА Ирина Константиновна
ЯКОВЛЕВ Антон Юрьевич
ЯМБУРГ Евгений Александрович
ЯННАРАС Христос
ЯРОВ Сергей Викторович

Рекомендуем

Абсолютная жертва Голгофы "Даже если Нарнии нет..." Вера без привилегий С любимыми не разводитесь Двери ада заперты изнутри Расцерковление Технический христианин Мифы сексуального просвещения Последие Времена Нисхождение во ад Христианство и культура Что делать с духом уныния? Что такое вера? Цена Победы Сироты напоказ Ты не один! Про ад и смерть Основная форма человечности Сложный человек как цель Оправдание веры Истина православия Зачем постился Христос? Жизнь за гробом Моя судьба Родина там, где тебя любят Не подавляйте боли разлуки Дом нетерпимости Сучок в чужом глазу Необразцовая семья Демонская твердыня Русский грех и русское спасение Кто мы? История моего заключения Мученик - означает "свидетель" Почему я перешла в православие Всех ли вывел из ада Христос? Что дало России православное христианство Право на мракобесие Если тебя обидели, бросили, предали В больничной палате Мадонна из метро Болезнь и религия Страна не упырей "Я был болен..." Совесть От виртуального христианства к реальному Картина мира Почему мои дети ходят в Церковь Божья любовь в псалмах Благая Весть Серебро Господа моего Каждый человек незаменим О судьбах человеческих "Вера - дело сердца" Антирелигиозная религия Пятнадцать вопросов атеистов Христианская жизнь как сверхприродная Можно и нужно об этом говорить Логика троичности "Душа разорвана..." Ecce Homo "Я дитя неверия и сомнения..." Мир, полный добра Крестик в пыли Все впереди Пасхальные письма Как жить с диагнозом Слишком поздно О страхе исповедания веры Единство несоединимого Убитая совесть Об антихристовом добре Чему учит смерть? Из истории русского сопротивления Религиозность Пушкина Тем, кто потерял смысл жизни Свет Церкви Рай и ад О Чудесах Книга Иова Светлой памяти Кровь мучеников есть семя Церкви Теология от первого лица Смысл удивления Начало света Как рассказать о вере? Право на красоту Любовь и пустота Осень жизни



Версия для печати

Никита Игоревич КРИВОШЕИН: интервью

КРИВОШЕИН Никита ИгоревичНикита Игоревич КРИВОШЕИН (род.1934) - переводчик и писатель, общественный и политический деятель русской эмиграции, Кавалер ордена Святого Даниила III степени: ВидеоИнтервью | Статьи | Проза | Аудио | Фотогалерея.

НИКИТА КРИВОШЕИН – ФРАНЦУЗ СОВЕТСКОГО СОЮЗА

Никита Игоревич Кривошеин – русский переводчик и писатель, общественный и политический деятель русской эмиграции, Кавалер ордена Святого Даниила III степени. Никита Кривошеин приехал в Москву на презентацию своей книги воспоминаний «Дважды француз Советского Союза» – мужественное и честное свидетельство о прошлом, о трудных страницах истории России и русского народа. В интервью «Правмиру» Никита Игоревич рассказывает о жизни, родных, тяжелых страницах истории своей семьи.

– Никита Игоревич, история вашей семьи – многотомная книга, и о каждом вашем родственнике можно писать отдельные тома. Расскажите, пожалуйста, о вашем деде – Александре Васильевиче, он был соратником Столыпина в деле земельной реформы, даже соавтором, можно сказать?
– Мой дед, Александр Васильевич, был администратором, государственным человеком и литератором, у него была замечательная книга в соавторстве с Петром Аркадьевичем Столыпиным – «Поездка в Сибирь и Поволжье», которая стала теоретической программой, основой аграрной реформы.

Эта аграрная реформа не была проведена до конца, нужно исследовать и понимать почему, отчасти в силу некой косности двора. Факт в том, что если бы она состоялась, то Ленин бы не смог воскликнуть «Землю крестьянам!», она была бы уже у них, и тогда даже если бы случилась гражданская война, крестьяне бы не поверили ложному обещанию Ленина, и исход войны был бы иным.

Аграрную реформу Александр Васильевич продолжал в Крыму, где он почти два года был главой правительства юга России. В Москве он руководил контрреволюционной антибольшевистской организацией «Тактический центр». Сумел при совершенно кинематографических обстоятельствах уйти от ареста, и, переодевшись в то, что тогда называлось крестьянское платье, перебрал в Киев, на юг.

В сборнике «40 лет ВЧК КГБ» есть приговор военного трибунала по «Тактическому центру», Александр Васильевич в нем указан как заочный обвиняемый, который приговаривался к окончательной высылке с территории РСФСР и расстрелу в случае возвращения. Так что в какой-то степени отец, добровольно вернувшись в 1947 году, этот приговор нарушил наследственно и был наказан.

Господь был милостив к деду, он преставился где-то в конце 1921– начале 22-го года, то есть не увидел всех раздоров, нестроений, ссор и бессилия тогдашней русской эмиграции. И есть свидетельство, это зафиксированное событие, о сказанных им на смертном одре словах: «России предстоят 80 лет мрака, крови и ночей, после чего она возродится и воссияет снова».

– Была история, что ваш дед даже пытался устроить побег государя и его семьи при этапировании из Тобольска в Екатеринбург?
– Была, совершенно верно. Побег не удался. Таких попыток было несколько, я их всех не знаю. Но в память об этом, в благодарность Александру Васильевичу, государыня сумела передать ему медальон с власами преподобного Серафима Саровского. И святой Серафим и поныне остается с нами и при нас, и я убежден, что во всех треволнениях и больших бедствиях, которые семья пережила, преподобный Серафим нас хранил.

– Расскажите, пожалуйста, о ваших родителях, про маму, как это было: родилась в семье крупного банкира и предпринимателя, владельца заводов, счастливое, наверно очень благополучное детство, затем молодость, в Санкт-Петербурге в нее даже был влюблен Сергей Прокофьев?
– Да, моя мать описала это в замечательной книге «Четыре трети нашей жизни», которую я позволю себе горячо посоветовать всем прочитать, чтобы представлять себе и эмиграцию, и дореволюционную Россию, и одновременно сталинское СССР, увиденное глазами эмигрантов.

Я говорю об этом не из сыновнего агитпропа, а книга действительно очень хорошая, она вышла благодаря Александру Солженицыну и, созданной им Всероссийской мемуарной библиотеке, серия «Наше недавнее». Там её роман с Сергеем Прокофьевым был описан, и зеркально отображен в опубликованных томах «Дневников» покойного Прокофьева.

– А как она покидала Россию, это было такое авантюрное путешествие, от чего она бежала в декабре 1919, как это происходило?
– Она покидала не Россию, а уже РСФСР, сумев – это тоже целая история, которая в книге изложена, – вызволить отца из таганской тюрьмы. Это было очередное чудо.

Путешествием это назвать трудно, это было бегство. Бегство от голода, от голода смертельного, бегство и от большевистской власти. Она, приятель её отца Захаров, еще несколько человек оплатили услуги латыша-проводника, который, одев их в белые маскхалаты, сумел, несмотря на уже существовавшие пограничные прожектора, провести их через лед Финского залива. Это был 1920 год. Вот так моя мать ушла.

И затем она попала в город Белград, Вербен и осела в Париже, где и оставалась до 1948 года, то есть до возвращения в бывший СССР.

– Вернемся к вашему отцу, расскажите про его молодость, про вступление в Добровольческую армию.
– У отца ведь началось не с Добровольческой армии. Когда в августе 1914-го началась война, трем своим старшим сыновьям, Василию, Олегу и Игорю, Александр Васильевич Кривошеин прислал телеграмму: «На вашем месте я знал бы, что делать». И они тут же втроем поступили в Пажеский корпус, закончили его ускоренный по военному времени выпуск.

Отец успел побывать на фронтах Первой мировой войны, а потом уже, конечно же, и Василий, и Олег, и он пошли в Белую армию, сражались у Деникина, сражались у Врангеля.

Василий умер от тифа, как миллионы людей тогда. А Олег, это доподлинно восстановлено и известно, был захвачен большевиками и, не буду рассказывать подробно, зверски замучен насмерть.

Всеволод, четвертый сын, тоже сражался у Дроздова, сумев ценой больших опасностей перебраться к белым, и об этом есть книга, не богословская, мемуарная, называется «Спасённый Богом», это издательство «Сатис» в Петербурге. Очень горячо советую её прочесть – это замечательная картина гражданской войны и увлекательное приключение.

Потом Всеволод закончил Мюнхенский университет, философский факультет, и в 1923–24 году отбыл на святую гору, на Афон, где более 20 лет пребывал. А закончил свои дни на Брюссельско-бельгийской кафедре Московской патриархии.

Младший сын, Кирилл, был замечательным французским экономистом, репатриантских мыслей и фантазмов у него абсолютно не возникало, он сражался во французской армии и был в лагере военнопленных у немцев. К концу дней написал замечательную биографию своего отца, Александра Васильевича Кривошеина – «Судьба русского реформатора».

– Что вы помните из своего детства, ведь оно практически пришлось на времена оккупации.
– Я даже помню начало войны. Мне было 5 лет, мы оказались в деревне Шабри, где было много русских, где был писатель Осоргин среди прочих, Вяземские, и это было одно из немногих мест, где во время так называемой странной войны или смешной войны, как она называлась в 1939 году, были настоящие бои и арт-обстрелы.

Так что я помню самое начало войны, помню и день вероломного нападения Третьего Рейха на своего восточного союзника, то есть 22 июня 1941 года, поскольку в этот день, чисто профилактически, об этом есть обильная литература, немцы по спискам французской префектуры арестовали и поместили в лагерь Компьень несколько сот самых заметных эмигрантов.

Те из них, которые были евреями, поехали дальше на восток и не вернулись. А русские были выпущены спустя месяца четыре. Этот день, 22 июня, речь Геббельса по радио и, у меня на глазах произошедший, первый арест отца, конечно, мне запомнился.

– В одном из интервью вы говорили, что считаете себя свидетелем двух настоящих исторических событий – освобождение Парижа в августе 1944-го, и кончина Сталина в 1953-м, что вы помните?
– Я помню смешанное чувство ликования, огромного ликования всех парижан, моей мамы и меня, братание с американскими солдатами. Я увидел на одном из танков экипаж людей, у которых были пилотки с серпом и молотом, страшно удивился, полез на этот танк, но они оказались испанскими республиканцами в составе французской дивизии Леклера.

Это было очень неполноценное ликование и радость, поскольку отец тогда пребывал в лагерях Бухенвальда и Дахау, мы не знали еще тогда этих имен и названий – Бухенвальд и Дахау, но мы знали, что он в немецких лагерях и не знали, жив ли он.

Это произошло в августе 1944 года. А второе историческое событие – это 2–5 марта, начиная с тех дней, когда не выключаемые радиоточки стали играть сплошного Чайковского и Брамса беспрерывно, и потом Москва чуть не потонула, не погрузилась в океан рыданий и народных слез.

И тут надо сказать, что у меня в жизни бывало, во мне возникла спасительная интуиция. Я ходил по городу, оказался на Трубной площади, увидел страшную давку и скопление, на бульваре несколько грузовиков с нквдшными автоматчиками, тихо сидящими, и почувствовал, что надо уходить.

И правильно сделал – спустя час там была ходынка, причем ходынка очень смертоносная. А вечером 5-го марта, это тоже мне очень запомнилось, я пошел в шашлычную, её сейчас больше нет, на старом Арбате. Не было ни одного свободного места, я нашел столик, не было ни одной женщины, были мужчины разных поколений. Вина тогда не пили, водка и коньяк лились Волгой. И единственные звуки в очень многонаселенном помещении были звуки посуды и стекла. Ни одного слова.

– А арест отца гестапо в 44-м и его возвращение, это ведь было чудом – выжить там, в Дахау, вы помните его возвращение?
– Нет, арест отца в 1944 году произошел технически, его по какому-то административному поводу вызвали в комиссариат полиции, и там его ждало гестапо.

Возвращение помню прекрасно. Был такой центр приема и фильтрации, возвращающихся из немецких лагерей – гостиница Лютеция, там до сих пор памятная доска стоит на этом здании. И отца оттуда привезли на нашу улицу: из автомобиля вышел, я это не часто видел в жизни, беременный скелет, а беременность от накопления воды. Затем последовал почти смертельный туберкулёз и удачное от него избавление.

Он был в Дахау, как он сам рассказывал, он очень скупо рассказывал об этих моментах своей жизни, он был в Дахау в нагромождении покойников. И когда проходили американцы, он помолился внутри себя, и в нем нашлись силы подать голос и чуть шевельнуться.

– В 1946 году ваша семья возвращается в Россию, принимает советское гражданство СССР, как было принято это решение о возвращении? Как это произошло, что побудило отца принять такое решение?
– Неумно, одним словом.

Во-первых, не только отца. У матери возвращенческие настроения тоже были, поскольку она состояла до войны тоже в неумной партии «младороссов», казем-бековской.

Была смонтирована, осуществлена целая пропагандная операция и внутри страны, и потом с результатами вне страны, когда Сталин в 1943 году, увидев, что на оккупированных территориях открываются церкви, констатировав, что отдавать жизнь за родину, за Сталина русский народ как-то не очень хочет, может быть, без того энтузиазма, которого он ожидал, вызвал трёх митрополитов из лагерей и стал открывать церкви у себя.

Напомню, об этом часто говорят, а мало кто помнит, что антирелигиозные гонения возобновились в 1949 году. Вот, кстати, коль мы начали говорить о товарище Сталине и пропаганде, и продолжим о пропаганде, позвольте показать отрывной календарь 2015 года, который я нашел позавчера в, если так можно сказать, яйцеголовом одном из книжных магазинов Москвы.

Я обратился к девушке, стоящей у кассы, купил, конечно, и сказал: «Позвольте спросить, почему вы продаете это дерьмо?» Пожилая дама, стоящая рядом со мной, и которая при этом покупала Хомякова, сказала: «Как вы так говорите? А в Германии есть культ Гитлера» Я сказал: «Нет, нету». – «А в Германии, в Мюнхене есть пивная, где Гитлер устроил свой путч». Я сказал: «Это пивная уничтожена более 20-ти лет назад», – «Нет, она существует, вы неправы». Вуаля!

Да, так вот, была операция открытия церквей, возврат погон, возврат Суворова и исторических имен, возврат мундиров чиновникам и почтовикам. Что еще? Роспуск, якобы роспуск Коминтерна. Газета «Правда» выходила уже не с призывом «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!», а было написано «За нашу советскую родину».

Приезжали даже митрополиты и уговаривали, приезжал Молотов, встречался с эмигрантами. Очень многие этому поддались, очень многие. Те, которые взяли советские паспорта и не репатриировались, в огромном количестве потом по ходу разворачивания холодной войны от них отделались.

Те же, которые вернулись, я не берусь дать точной статистики, она сложна, но очень значительная их доля была арестована. В том числе и мой отец, в числе почти первых в 1949 году. Ему выдвигались обвинения, что он во время войны в Сопротивлении сотрудничал с английской разведкой, значит, он засланный английский шпион. В том, что в Бухенвальде и в Дахау он не погиб – значит, он сотрудничал с гестапо.

И в результате это привело к приговору в 10 лет по статье 584 – сотрудничество с международной буржуазией. И только после того как Сталин сдох, отца выпустили после большого переследствия на Лубянке, и уже по его матрице, по этому стереотипу практически из лагерей реабилитировали тех репатриантов, которые не умерли в лагерях.

– Книгу-воспоминания вашей матери «Четыре трети нашей жизни» многие знают по фильму «Восток-Запад», возможно даже не задумываясь о его источнике, как вы относитесь к фильму, насколько правдиво в нем отражены события того времени?
– Об этом знаете вы и я, что он поставлен по книге моей матери. Но сценаристы – это казахи, живущие в Калифорнии, точно не знаю, – не нашли приличия в титрах хоть как-то эту книгу упомянуть, что это по идее, по сюжету – ни слова не сказано, что довольно огорчительно.

Это очень хороший фильм, очень удачный, хорошо поставленный. В нем есть две неточности, абсолютные – не могут не быть. Это выстрел в порту, если вы помните – это невозможно, такого не бывало. И второе – то, что герой – Меньшиков-репатриант – становится спасения ради как бы членом коммунистической партии, ВКПБ.

Это исключено. Репатрианты могли даже процветать, могли делать как бы карьеру, как бы средне, ниже среднего жить, но вступление в партию для них было исключено, да и мало кто стремился, я даже таких не знаю. Вот две погрешности, неточности прекрасного фильма «Восток-Запад».

– А ваши воспоминания сохранились? Вам было 14 лет, что вы помните об этом переезде?
– Я много что помню, и сейчас рассказывать трудно. Я помню – ну вот ограничусь одним, – как из Одессы в Ульяновск мы ехали в вагоне, нас было человек 20, в вагоне 40 человек, 8 лошадей, и кормили нас дважды, трижды всего. Это запоминается. И много чего еще.

– Долго ли ваш отец верил в это возвращение?
– Он мне как-то сказал: «Если бы я дожил до ждановских постановлений о «Звезде» и Ленинграде, я бы никогда не вернулся». И другой случай, который я уже рассказывал, но стоит повторить, когда я уже сел, он ко мне приехал на свидание в Мордовию, в мордовские лагеря, в Явас, это было свидание так называемое с выводом на работу, а я работал на пилораме.

И меня привели в эту комнату свиданий, в бушлате, который был полон опилок. И я говорю: «Папа, вот видите, вы так скучали по русским березкам, у меня сейчас с ними самое интимное общение». Он страшно расстроился и ответил: «Никита, я думал вернуться в Россию, а вернулся в СССР».

– Какова была жизнь вашей семьи в Ульяновске?
– Плохой.

Я год ходил в общую школу, в ту, где учился Ленин, и где, когда он учился директором был отец Керенского. А потом, после ареста отца, у моей матери возникло спасительное решение: она меня устроила рабочим-токарем на завод, где отец работал, я продолжал среднее образование в вечерней школе рабочей молодежи. Но как мы жили в Ульяновске – отвечаю: плохо.

– Практически через три года после вашего возвращения был арестован ваш отец. Что он рассказывал о своем заключении? О встрече с Солженицыным?
– Отцу страшно повезло, благодаря инженерному образованию, он был направлен в круг первый, «Марфинскую шарашку», где был Александр Исаевич, где был Копелев, Рубин, где был Панин, Сологдин – это, конечно, после Бухенвальда его спасло, поскольку там кормили не то что хорошо, но приемлемо абсолютно, там был стакан молока, ну, можно было питаться. Это его спасло. А потом уже его сэтапировали в Тайшет, где плохо было, и он начинал уже если не доходить, как говорится, то сдавать, но тут не только он, но и мир весь оказался спасен.

Это знакомство (с Солженицыным) продолжалось и после лагерей. Большие отрывки из воспоминаний моего дяди вошли в «Красное колесо», и Александр Исаевич издал книгу воспоминаний моей мамы дважды, так что мы высоко чтим память об этом великом человеке, об этом судьбоносном, провиденциальном человеке.

– В 1957 году вы были арестованы, в фильме «Не будем проклинать изгнание» вы говорите, что этот арест в отличии от многих сталинских арестов, был произведен за дело, какое это было дело?
– Глупое. Состоялся Будапешт, братская помощь народу и правительству Чехословакии, довольно кровавая, а не только братская, и я тогда общался с французами, появились первые французские студенты в Москве. Я ничего умнее не изыскал, как несколько страничек напечатать на машинке, которые были переданы в газету «Le Monde», и без подписи там напечатаны.

Это был ноябрь-декабрь 1956 года. И вычислить меня было совершенно несложно, это не был оперативный подвиг, вот меня за эту статью и упрятали. Так что за дело.

Бесстрашие молодости, скажем так.

– Расскажите, пожалуйста, о годах вашего заключения. Вы говорили, это в какой-то степени примирило вас со страной?
– Безусловно. У меня, когда я оказался в Мордовии, перестал пребывать такой вопрос: либо я нормален, но вокруг меня люди не в уме, либо я не в уме, что более чем возможно, тем более для восприятия молодого человека, а все остальные в уме. Оказалось, все-таки, что я в уме. И я в этом убедился, встретив в Мордовии людей, с которыми, теми из них, которые еще на этом свете, близок, дружу, и это примирило меня со страной.

Репрессивные органы сделали большую ошибку, соединив всех в 1957 году, опять же, статистика тут спорная, не установленная, около 10 тысяч арестов было проведено после фестиваля молодежи и после Венгрии. Эти молодые люди были свезены сперва в Тайшет и Мордовию, потом все сосредоточены в Мордовии, и это послужило основой будущего человекоправного движения – это была школа и самиздата, и «Хроники», и что угодно.

– Что было самым тяжелым для вас в заключении?
– Очень легко ответить. Невозможность хотя бы полминуты, хотя бы минуту побыть одному.

– Как жила ваша семья в ваше отсутствие? Ваша мать пережила, получается, сначала арест мужа, потом ваш?
– Моя мать пережила несколько арестов мужа и арест сына. И страшно всегда стеснялась, и была недовольна, когда ее спрашивали, сидела ли она, – она стеснялась, что не сидела.

Она очень болела, у нее было очень хрупкое здоровье, но она сумела, переехав из Ульяновска в Москву, создать вокруг себя настоящий кружок молодых людей, и, под флагом действительного обучения английскому языку, все то, что могла им передать, передавать.

– Получается этот арест молодых людей – это были хрущевские репрессии, о которых так мало говорят. Не пытался ли как-то кто-то просить Хрущева о сбавлении срока?
– В том поезде, который меня возвращал из Потьмы в Москву, знаете, эти общие вагоны, эта третья полка, было это не выключаемое радио, и я услышал, как мой тезка, пребывая с визитом в Индии, он потом это неоднократно повторял, сказал: «У нас больше нет политзаключенных».

Я два случая знаю своих друзей. Оба по делу группы Трофимова в Ленинграде, студенты, после Венгрии создавшие организацию и распространявшие листовки.

Отец одного из них был чуть ли не главным конструктором советского ядерного подводного флота, который регулярно докладывал, приезжал, – его звали Борис Пустынцев, они оба скончались, так что можно говорить фамилию, замечательный был человек, – приезжал с докладами к Хрущеву и стал понурым, вялым, грустным. В конце концов, тот это заметил и спросил: «Что с вами?» – «Вот, у меня сын сидит на десять лет, мне из-за этого так нехорошо, плохо работается». Хрущев половину срока немедленно убрал. Ему подводные лодки были дороже наказания.

А отец Трофимова, руководителя этой группы, был таким почетным рабочим-стахановцем в городе Баку. И когда Хрущев туда приехал, посетил этот завод, тот, будучи стахановцем и передовиком, сумел к нему подойти, сунуть письмо и в нескольких предложениях рассказать о сыне. Вот это факт: Хрущев подумал и сказал: «Мы умеем сажать не только кукурузу».

Вот два случая я знаю.

– Вы возвращаетесь в Москву, работаете в журнале «Новое время», насколько можно было нормально работать в таком журнале?
– Нет, нет. Я возвращаюсь, поскольку у меня запретная статья, в Малый Ярославец, а то, как я прописан был в Москве, – это другое дело, не будем деталями затягивать нашу беседу.

Я работаю в журнале «Новое время» и перевожу для немалого количества других журналов и издательств.

Была такая необходимость советскому пропагандному аппарату в более-менее квалифицированных переводчиках на другие языки, что они бы платили хоть Троцкому на том свете, лишь бы он это делал, хоть всему дворянству — восстановили бы его с того света и платили бы. Как угодно.

Могу даже собой похвастаться. То, что я переводил, – мне до сих пор дискомфортно внутри. Потому что ради удобного быта, бытовой свободы я переводил ложь с утра до вечера. Иногда попадались тексты какие-то приличные, но нечасто.

Могу собой похвастаться, я раза два-три отказывался, говорил, что я этого не буду делать, не объясняя ничего, когда меня просили перевести тексты, статьи с объяснениями о том, что Бога нет. Я отказывался, начальству было абсолютно все равно: не хотите – не надо.

Даже это не воспринимали. Тогда религиозность, искренняя, неподдельная вот этим чиновничеством, этой номенклатурой воспринималась как одно из проявлений психического расстройства, заслуживающего снисходительности.

– А как вами было принято решение вернуться во Францию?
– Это решение было принято не мной, я оказался одним из первых полувысланных. По-настоящему высланных очень мало – это Александр Исаевич, это Владимир Буковский, это осужденные по ленинградскому сионистскому делу Эдуард Кузнецов и другие, которые были силой посажены в самолет и вывезены, это высланные.

А на мне был обкатан, одном из первых, метод полувысылки, андроповский метод полувысылки, избавления от людей без больших репрессий, так, чтобы тихо это происходило.

Я каждый год подавал на поездку во Францию, мне каждый год отказывали, в конце концов, в 1970 году, как раз когда шло это самолетное дело, и началась эта политика избавления, меня вызвали в ОВИР, там сидела такая женщина, которая была похожа по-гоголевски на свою фамилию – капитан Акулова, которая мне сказала: «Вам отказывали и будут отказывать в поездках, – я запомнил это слово в слово, – но руководство предлагает вам выехать во Францию на постоянное жительство и просит серьезно обдумать возможные последствия вашего отказа».

– Вы уехали, ваши родители остались еще на три года?
– Еще три года, и отец был очень близок одному из персонажей солженицынских «Невидимок», помогал ему во многом. Он был вызван в ОВИР, ему вручили паспорт в день ареста Солженицына, 13 февраля, это легко запомнить, это день преподобного Никиты Новгородского.

– Как вы восприняли Францию? Легко ли было адаптироваться?
– Мне безумно повезло. Потому что я приехал с уже готовой, хорошо освоенной профессией синхронного переводчика, и там был огромный спрос в то время, сейчас его нет, на умевших работать синхронщиков. Поэтому период какой-то интеграции, внедрения у меня оказался короток.

Я переводил и для правительства, и для международных организаций, и для Совета Европы, любимой моей организации.

Я встречался с Борисом Николаевичем Ельциным, с Михаилом Горбачевым, но сейчас об этом рассказывать совершенно невозможно – начнешь не кончишь.

– Когда появилась мысль о возможности посетить Россию, это уже был конец 80-х?
– Это, если я не ошибаюсь, 1989 год. Я оказался одним из первых эмигрантов, посетивших Москву. Меня позвало французское телевидение на совместную передачу с программой «Взгляд». Еще никто не ездил.

Я долго колебался, сказал: «Я согласен, но подумайте о дублере, потому что мне могут отказать в визе». И я подумал, что если я еду с телевидением и мне дадут визу, то я ничем не рискую. Дали визу. И я увидел Москву 1989 года с кошмарным зрелищем пустой торговой сети, очередей за водку, краем глаза увидел уже начало проельцинских демонстраций на Манежной площади. Все это на меня произвело очень большое впечатление.

После этого я стал приезжать приблизительно каждые два года, каждые три года.

– Как вы относитесь к тому, что происходит в России сегодня, когда с одной стороны начинается некая ностальгия по СССР, а с другой – возрастают имперские настроения?
– Простите, если я повторюсь. Эта мысль мне пришла самому в голову, потому мне хочется её повторять. Я считаю, что в те годы, о которых мы сейчас вспоминали – 1989, 90-й год, был выработан замечательный термин, очень точный, прецизный – переходный период. Но хронологически нам надо понимать, что переходный период начался на Трубной площади, начался, когда сдох Сталин, и тогда переходы, перемены, мало кто это помнит, начались зримо, ощутимо, осязаемо уже в первые 10–15 дней после событий. Осязаемо.

Я просто считаю, что этот переходный период продолжается, не кончен, что сейчас в нем, видимо, наблюдается некий досадный антракт.

– Какие настроения по поводу России на Западе, среди эмигрантов?
– Нет эмиграции единой. Могу сказать, что в оставшейся части третьего-четвертого поколения людей, около 60-ти, скажем, чуть старше, как ни странно, возникла такая тектоническая реплика настроения 1946 года – восстановление имперскости, русского мессианства, простите меня за брутальность, всей этой бодяги.

– Когда же закончится переходный период?
– Как добротный и качественный футуролог, я вам отвечу, если вы мне дадите 150 тысяч долларов.

– Мы накопим, чтобы услышать ответ. Спасибо вам большое.

Видео: Виктор Аромштам
Автор: Мария Строганова
Источник: ПРАВОСЛАВИЕ И МИР  Ежедневное интернет-СМИ 


«ЦЕРКВИ И ПРАВОСЛАВИЮ Я ОБЯЗАН ТЕМ, ЧТО СОХРАНИЛ СЕБЯ»
Беседа с членом епархиального совета Корсунской епархии Н.И. Кривошеиным


– Никита Игоревич, вы являетесь представителем известного русского дворянского рода. Расскажите, пожалуйста, о вашей семье, о том, каков был ваш жизненный путь.
– Я горжусь моими предками, их деяниями. Горжусь и тем, что оба моих деда – Алексей Павлович Мещерский и Александр Васильевич Кривошеин – были обруганы вождем мировой революции: Мещерский (в связи со стачками в Сормово) был назван «кровавым эксплуататором», а Кривошеин (в связи с вопросом о земельной реформе) – «постоянно врущим». Алексей Павлович Мещерский, один из основателей русской тяжелой промышленности, был в 1919 году выкуплен из Таганской тюрьмы (где он сидел, ожидая исполнения смертного приговора): его освободили за взятку, которую дали чекистам, у которых «чистые руки и холодная голова». Этот случай коррупции – пожалуй, первый зафиксированный в истории этой службы – описан в «Архипелаге Гулаг». В эмиграции Александр Павлович помог созданию в Париже храма в честь иконы Божией Матери «Знаменье». Он был человеком прочной веры, редкой энергии. Советы в 1930-е годы пытались уговорить его вернуться для работы в Госплане; он не колеблясь отклонил это предложение, переданное через «красного графа» Алексея Игнатьева. Скончался он в 1938 году.

Горячо советую тем, кто лучше хочет узнать о России в предреволюционный период, об эмиграции, о расцвете сталинщины в советской провинции, прочесть воспоминания моей покойной матери Н.А. Кривошеиной «Четыре трети нашей жизни» (М.: Русский путь, 1999).

Александр Васильевич Кривошеин, министр земледелия с 1908 по 1915 год, глава правительства юга России при генерале П.Н. Врангеле, был одновременно страстным реформатором и твердым контрреволюционером. Книга «Путевые заметки по Сибири», написанная в соавторстве с П.А. Столыпиным, стала теоретической основой крестьянской реформы и переселенческой политики. Запоздалость и незавершенность модернизации сельского хозяйства, замедление реформ после убийства Столыпина стали, конечно же, одними из главных факторов победы большевиков.

Александр Васильевич не принял Февраля. И, конечно же, Октября. Он был руководителем организации «Тактический центр», которая готовила в Москве антибольшевицкий заговор. Когда заговор провалился, сумел уйти от ареста и перебраться на юг. Возглавляя правительство юга России у генерала Врангеля, он довольно скоро понял, что красные одолеют Перекоп. Тем не менее, он упорно проводил реформы на «острове Крым». Скончался он в 1921 году в Берлине, вскоре после «бега».

Засвидетельствовано, что на смертном одре он сказал: «России предстоят 80 лет мрака и крови, а потом она возродится с новой силой и будет процветающей».

У Александра Васильевича было пятеро сыновей: Олег, Василий, Игорь, Всеволод и Кирилл. Олег был взят в плен и насмерть замучен красными; Василий умер от тифа на Кубани у А.И. Деникина. Всеволод, принявший в монашестве имя Василий, сумел из Москвы попасть в части генерала Дроздова. Игорь, мой будущий отец, в звании штабс-капитана, и его младший брат Кирилл эвакуировались с отцом из Крыма.

Кирилл стал видным экономистом, удачно сложилась его карьера в банке «Лионский кредит»; в 1939 году он был мобилизован во французскую армию, вскоре попал в плен. После освобождения из Германии в 1942 году помогал брату Игорю в антинацистстком подполье. Оба они в 1946 году награждены медалью Сопротивления. От репатриации в 1946 году Кирилл категорически отказался. После выхода на пенсию написал монографию об отце – «А.В. Кривошеин: Судьба российского реформатора» (Париж, 1973; М., 1990), послужившую одним из источников для «Красного колеса» А.И. Солженицына.

Мой отец, Игорь Кривошеин, очень скоро стал в Париже успешным инженером. До 1940 года состоял в Русском общевоинском союзе, потом перешел на оборонческие позиции. Вступил в движение французского Сопротивления. Помогал матери Марии (Скобцовой), известной художнице, поэту периода «серебряного века». Через созданную ею оганизацию «Православное дело» отец оказывал помощь заключенным в германском лагере в Компьене, принимал участие в спасении евреев от депортации. Мать Мария была арестована и в 1945 году погибла в лагере смерти Равенсбрюк. Много интересного об эмиграции и участии русских в Сопротивлении можно узнать на сайте, посвященном матери Марии, автором которого является моя жена Ксения Кривошеина, а также из книги «Красота спасающая» (СПб, 2004), предисловие к которой написано митрополитом Смоленским и Калининградским Кириллом (ныне Патриарх Московский и всея Руси).

В 1944 году Игоря Александровича арестовало гестапо; его пытали, отправили в Бухенвальд, затем Дахау, из которого он, уже почти мертвый, был освобожден американскими частями. Сразу после войны мои родители поддались сталинским обещаниям «простить» участие в гражданской войне и призывам вернуться – «принести пользу стране». Мы в 1948году приехали в СССР и сразу были направлены в Ульяновск. Год спустя отец был арестован МГБ и получил десять лет за «сотрудничество с международной буржуазией». Его, как и миллионы лагерников, спасла смерть Сталина.

Мой черед «сесть» настал в августе 1957 года, сразу после получения диплома Московского института иностранных языков. Меня обвинили по ст. 58-1а (измена родине). Военный трибунал – конфликт между армией и ГБ тогда вовсю разворачивался – приговорил меня к трем годам (антисоветская пропаганда) за публикацию статьи о событиях в Будапеште во французской газете «Монд». В мордовских лагерях я встретился со сверстниками-единомышленниками, многие стали друзьями на всю жизнь. Своим спокойствием, своим твердым и энергичным смирением мне подал незабываемый пример молодой священник отец Вячеслав Якобс, теперь митрополит Таллинский и Эстонский Корнилий. Поныне благодарен ему за поддержку духовную. Тайно в зоне он мне показал номер «Журнала Московской Патриархии» с речью моего дяди, владыки Василия, при хиротонии в 1959 году.

Послелагерные годы в Москве для нас, моих родителей и меня, прошли не без страха: каждый из нас по мере сил участвовал в хранении и распространении «самиздата».

В 1971 году власти (в лице капитана Акуловой) поставили меня перед выбором: окончательный выезд из страны или – в случае отказа– второй лагерь. Не чувствуя в себе моральных и физических сил для этого второго срока, я вернулся в Париж, город детства и отрочества. Почти 40 лет, прошедшие после этого, проработал синхронным переводчиком в ЮНЕСКО, ООН, Совете Европы, французских министерствах. Опубликовал несколько мемуаров и очерков в «Звезде» и других журналах.

14 февраля 1974 года, на следующий день после ареста А.И. Солженицына (отец был с ним в контакте, так как отбывал свой срок на марфинской «шарашке»), мои родители получили выездные паспорта. Последние их годы в Париже прошли счастливо. А отцу – он скончался в 1988 году – даже повезло незадолго до смерти порадоваться первым признакам падения Советов. Маме – она ушла из жизни в 1981 году – удалось написать и издать в Солженицынской серии «Наше недавнее» свои воспоминания.

С 1989 года я часто приезжаю в Россию.

– Ваш дядя, архиепископ Брюссельский и Бельгийский Василий (Кривошеин; 1900–1985), оставил яркий след в русской церковной истории ХХ века. Как повлиял он на вас, каким запомнился?
– В моем дяде архиепископе Василии было нечастое сочетание непреклонности убеждений, твердости и постоянства взглядов, скромности во всем и редко встречавшегося проявления того, что Борис Пастернак обозначал как «чисто дворянское ощущение равенства со всем живущим». И никакого важничанья. Может показаться странным, что я особо подчеркиваю это, говоря о монахе, но есть монашествующие, и в сане, в которых эта черта не с первого взгляда заметна.

Если собеседник владыки Василия не знал, что имеет дело с блестящим филологом и патрологом, то он и на третий день беседы не узнал бы этого! Владыка Василий был очень застенчив, но при этом умел ладить с детьми, умел находить общий язык с малограмотными взрослыми. Наиболее резкое суждение, которое мне пришлось слышать из его уст, было: «Он, кажется, действительно, странный человек».

Нам теперь трудно представить, какого было митрополиту Антонию (Блюму) и архиепископу Василию сочетать, будучи в Западной Европе все десятилетия «холодной войны», верность Русской Православной Церкви с нескрываемым неприятием коммунистического режима. Оба они служили панихиды по государю, открыто защищали Солженицына и Буковского. Несмотря на все это, обоим иерархам приходилось от многих эмигрантов терпеть обвинения в просоветскости.

У дяди был дар различения духа и хода времени. Приводимый далее пример – не единственный. В начале 1960-х мы с ним ехали в машине ОВЦС по Софийской набережной Москвы. Был яркий летний день, золотые купола кремлевских храмов сверкали на солнце. Я обратил внимание дяди на этот великолепный вид, и он мне ответил: «Да, ты прав. Это очень красиво, но наступит день, и нужно будет эти храмы переосвящать». И добавил: «Надеюсь, ты доживешь и увидишь это собственными глазами». Так оно и случилось.

Воспоминания владыки о Русской Церкви 1960–1970-х годов хорошо известны в России. Он сумел в них представить яркий, я бы сказал – «диалектический» портрет митрополита Никодима (Ротова). Между ними обоими установились отношения и откровенности, и взаимоуважения. Я еще раз об этом вспомнил, когда недавно переводил текст великолепной речи митрополита Смоленского Кирилла на торжествах памяти владыки Никодима, его предшественника на посту главы ОВЦС.

И еще момент, странно провидческий. В могиле, которую себе заранее приготовил владыка Василий в Брюсселе, «незапланированно» покоится самый близкий его церковный помощник – диакон Михаил Городецкий. А сам владыка преставился в городе, где родился, – в Петербурге и недалеко от той церкви, где был крещен, и недалеко от семейного дома на Сергиевской улице.

Архиепископ Василий промыслительно покоится в родном Санкт-Петербурге, на Серафимовском кладбище, а в могильной ограде поставлен знак Дроздовских полков. И верю, что Серафимовское кладбище не есть случайность. Александр Васильевич Кривошеин в 1918 году пытался подготовить побег государю и императорской семье при этапировании из Тобольска в Екатеринбург. Заговор не удался. Государыня в знак признательности сумела ему передать с этапа мощи: медальон с власами преподобного Серафима Саровского. Этот медальон против закона вероятностей не исчез при обысках гестапо в Париже, КГБ в Ульяновске и Москве, при пересечении границ и во всяческом жизненном сумбуре. Преподобный Серафим и вот уже 90 лет с нами, и, конечно же, его заступничество охраняло нашу семью.

– Что было, на ваш взгляд, наиболее значимым в жизни высокопреосвященного Василия?
– Невозможно выделить «наиболее значимое» в жизни владыки Василия: личность его настолько цельна, поступки настолько не случайны, что проще, наверное, найти малозначимые события или решения. Вот этапы жизни: с риском для жизни, но успешно перебраться к белым (а ведь при неудаче – неминуемый расстрел); принятие пострига на Святой Горе, где он пробыл 28 лет, умение прислушаться к своему призванию;после колебаний в 1946 году отказ от мысли о репатриации – решение по тому времени спасительное. Скромно-упорный труд патрологический был для владыки радостью.

Наиболее промыслительным и плодотворным и в высоком смысле полезным я назвал бы внутренний труд, приведший к возврату в лоно Матери-Церкви. Останься бы мой дядя под омофором Вселенского Патриарха, даже говорить не приходится, насколько все было бы иначе. И менее значимо.

– Так сложилось, что владыка Василий при архиерейской хиротонии, 50-летие которой отмечалось в июне этого года, был наречен титулом Волоколамский. В последние времена его носили такие маститые иерархи Русской Церкви, как митрополит Арсений (Стадницкий, 1862–1936), священномученик архиепископ Феодор (Поздеевский, 1876–1937), митрополит Питирим (Нечаев, 1926–2003). Ныне этот титул носит председатель Отдела внешних церковных связей Московского Патриархата архиепископ Волоколамский Иларион.
– Я верю в символы. Ваши слова напоминает о, конечно же, не случайном совпадении.

С архиепископом Волоколамским Иларионом мне посчастливилось несколько раз встречаться, впервые – в Брюсселе, на конференции в связи с 20-летием кончины архиепископа Василия, где владыка Иларион, сам уже известный патролог, выступил с сообщением о монографии владыки Василия о Симеоне Новом Богослове. Свое образование владыка Иларион довершил в Оксфордском университете. Здесь же, после Афона, был и первый приход иеромонаха Василия (Кривошеина). Символы преемственности очевидны.

– Вы являетесь одним из основателей движения за Поместное Православие русской традиции в Западной Европе. Каковы цели и перспективы этого объединения?
– Движение за Поместное Православие русской традиции (ОЛТР) образовалось во Франции как ответ на послание Патриарха Московского и всея Руси Алексия II от 1 апреля 2003 года. В нем участвуют прихожане трех русских православных юрисдикций, существующих в Западной Европе. Вскоре после кончины архиепископа Евкарпийского Сергия (Коновалова; 1941–2003) главой архиепископии приходов русской традиции в Западной Европе Константинопольского Патриархата был избран архиепископ Команский Гавриил (де Вильдер). В письме патриарха Алексия предлагалось создание единой православной митрополии в Западной Европе. Это церковное образование объединяло бы все приходы русской традиции и находилось бы в каноническом общении с Русской Православной Церковью. Вскоре после избрания владыки Гавриила в его окружении сложилась группа яростных противников принципа единой митрополии. Один из них пошел на то, что на первом же «круглом столе» ОЛТР открыто заявил, что «Русская Церковь больна». Когда осенью 2007 года патриарх Алексий II посетил Францию, он оказался первым православным предстоятелем, которого не пригласили в собор святого Александра Невского на рю Дарю. Что можно к этому добавить?

Ассоциация ОЛТР под председательством Серафима Александровича Ребиндера продолжает свою работу по разъяснению смысла письма патриарха Алексия, проводит «круглые столы». Поддерживает свой интернет-ресурс. После подписания Акта об объединении двух ветвей Русской Церкви 17 мая 2007 года парижская Константинопольская архиепископия стала к Русской Церкви относится еще более отрицательно, отчего сама оказывается все в большей изоляции. С Божией помощью цели, которые перед собой ставит ОЛТР, будут со временем достигнуты.

– В конце июня 2009 года в Брюсселе впервые прошел «круглый стол» «Русская Православная Церковь и соотечественники в Европе: опыт и перспективы соработничества», одним из участников которого вы были. На ваш взгляд, какие положительные моменты и проблемы существуют в среде русского рассеяния в нынешнем веке?
– На совещании в Брюсселе присутствовали архиепископы Марк Берлинский (РПЦЗ), Феофан Берлинский, Симон Бельгийский, множество клира, настоятели приходов Московского Патриархата в Европе, отец Георгий Рябых – заместитель председателя ОВЦС МП РПЦ; был представлен фонд «Русский мир», миряне, ассоциация ОЛТР. В принятом на круглом столе коммюнике упоминается о возможном финансовом участии России в поддержке православных, оказавшихся «за бугром».

Именно это положение удивило и даже рассердило созвездие «антиклерикальных» неправительственных организаций и авторов, в последнее время приумножившихся среди интеллигенции. Приходится читать у этих публицистов, что Русская Церковь – это КПСС сегодня, что (не утрирую) Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл – «М.А. Суслов» от Церкви, что Синодом заключен тайный договор с кремлев­ской администрацией, на основе которого губернаторы будут сжигать на кострах «вольтерианцев» (которые прежде, скорее всего, выплачивали взносы в ВКП(б)/КПСС), а в школах будут засорять мозги детям баснями об Адамовом яблоке и о том, что свобода не «осознанная необходимость», а просто выбор между добром и злом. Эти публицисты накаляют атмосферу тем, что утверждают, будто бы именно по этому договору, без которого, мол, «путинской диктатуре» не прожить и недели, в московском суде слушается дело об оскорблении чувств верующих выставкой в Сахаровском центре, «со святым причастием в виде кока-колы и Микки-мауса».

Эта богохульная выставка была, прежде всего, оскорблением памяти веротерпимого А.Д. Сахарова. Для аналогии: Парижская апелляционная палата недавно утвердила решение суда первой инстанции о закрытии выставки немецкого художника, который показывал художественно препарированных мертвецов. Истцом была католическая ассоциация. Хотя мотивы решения, скорее, «человекоправные», потому как художник не смог получить предварительного «согласия» покойников красоваться на стендах. Суд допускает, что трупы были приобретены у китайского «НКВД», который этих людей расстрелял. Так что для «свободы креатива» есть судебные пределы и в секулярной Франции.

Читая в русских СМИ тексты «адвокатов светскости», как не вспомнить журнал «Наука и религия» и обязаловку сдачи зачета по «научному атеизму». Приходят на ум и строки А.К. Толстого («Поток-богатырь»):

Там какой-то аптекарь, не то патриот
Пред толпою ученье проводит:
Что, мол, нету души, а одна только плоть,
И что если и впрямь существует Господь,
То он только есть вид кислорода,
Вся же суть в безначалье народа.


Вместо того чтобы стращать читателей «новой инквизицией» и церковной цензурой, рекомендую этим авторам проехать пару раз в метро больших российских городов. И без дара к физиономистике толпы станет ясно, что население этих мегалополисов бесконечно далеко от религиозности, по сравнению с пассажирами лондонской или берлинской подземок. Россия сегодня – это непаханая территория для христианского миссионерства. Именно о миссионерстве как о главном делании для Церкви неоднократно говорил патриарх Кирилл.

Тем, кто сулит возврат к ненавистной «поповщине», не надо забывать, что в Британии англиканство – государственная религия и акты гражданского состояния регистрируются приходами. Что еще три года тому назад в удостоверениях личности граждан Эллады указание вероисповедания было обязательным. Что германский налогоплательщик обязан выбрать, какой конфессии он перечисляет свой налог (а если человек не верующий, то его налог пойдет гуманитарной организации).

У французов есть тюремные капелланы, духовники гимназий и больничные священники. Их статус прописан законодательством и ни в чем не ущемляет отделения Церкви от государства и школы. Наконец, на зеленых денежных знаках страны, ставшей эталоном народовластия (в глазах многих российских оппозиционеров), не только «следы грязи и крови», но и крупно написано: «Мы верим в Бога». На Ближнем Востоке, что в монархиях, что в странах, провозглашенных образцом парламентаризма, теократия на все сто! Здесь повсеместный запрет межконфессиональных браков, да и кладбищенский апартеид! Если бы не вето Ж. Ширака (он считал, что корни нашей цивилизации скрыты в первобытном искусстве), в Конституции ЕС упоминались бы «христианские корни европейской культуры». Этот документ тормозится ирландцами, но редакция «о корнях» скоро опять будет рассмотрена.

Попробую успокоить секуляристов, заранее скорбящих о своих налогах, которые пойдут на помощь православным загранприходам. На днях разговорился с двумя украинцами и татарином, занятыми здесь, в Европе, на полевых работах. Вечером ужинал в пиццерии: одну из официанток зовут Вика, свой язык она почти забыла, а новый еле выучила, счастья мало.

Татарину есть к кому склонить голову на плечо: мусульманская община его обласкает. Буддисту из Элисты тоже есть куда пойти: по всей Европе много молелен.

На дверях православных храмов висят сотни записок: «женщина с двумя дипломами ищет любую работу», «переводчик на все языки», «ремонт квартир», «уход за пожилыми», объявления о знакомствах.

Либо выброшенные бедностью, либо погрузившиеся в пустоту, встречаются эти несчастные около храмов. Они для них и клуб, и собес, и касса взаимопомощи, и неотложка. Чаще всего эти горемыки не подозревают, что на свете существует текст, начинающийся со слов «Отче наш…».

Обратиться в консульства им несподручно: многие из них такие же нелегалы, как таджики-строители в Москве. Сотрудники консульств загружены, редко кто из них филантроп по призванию. Свою задачу они выполняют: визово-паспортное обслуживание, юридическое содействие…

Большинство россиян вне страны спонтанно собираются вокруг православных храмов. Часто приходы становятся для них единственным адресом обращения за помощью.

Неужто соотечественники-агностики в России, те, кому не безразличны судьбы своих неприкаянных соотечественников, не согласятся с тем, чтобы малая доля их подати потратилась на финансирование программ, упомянутых в Брюссельском коммюнике?

– Как вы оцениваете роль Русской Православной Церкви по окормлению нашей диаспоры в Европе? Что, на ваш взгляд, должно сделать Российское государство в этом направлении?
– Задачам Русской Православной Церкви в Западной Европе имя – океан. Может быть, это и удивительно, но можно легко поставить знак подобия с тем, что происходит в метрополии.

«Старая» эмиграция на глазах исчезает, ее второго поколения в Париже больше, чем в других странах. Постсоветских мигрантов, притом социально, этнически, образовательно безмерно разнящихся друг от друга, становится больше не по дням, а по часам. И так 20 лет подряд… Как и в России, большинство из них либо вовсе не воцерковленные, либо только Пасху знают. Богатых – мало, но много молодых специалистов, а в основном люди, приехавшие на трудные заработки.

Так что главное в церковной работе – это миссия. Как и в самой России.

Может быть, здесь легче, чем в России, установить первый контакт с людьми: приходы стали «естественным» местом, куда мигранты тянутся встретиться друг с другом, найти совет, помочь друг другу, познакомиться.

Трехсвятительский собор в Париже – и это, без сомнения, благодаря организаторскому таланту архиепископа Корсунского Иннокентия и настоятеля игумена Нестора (Сиротенко) – «вышел в передовые» по своим результатам. Прихожан так много, что хотелось бы раздвинуть стены храма. Здесь и дети белых эмигрантов, молодые ученые, украинцы, молдаване, грузины, женщины и мужчины из всех регионов России. Кружки по изучению Священного Писания, паломничества, лекции по христианской биоэтики, подготовка к таинствам. Помощь в освоении французского, в поисках работы, социальные консультации. Мне говорили, что и в Италии, и в Испании, и в Португалии приходы Русской Православной Церкви стремятся достичь такого же охвата. Нам необходимо больше священников, больше книг, больше средств!

Осенью, благодаря усилиям иеромонаха Александра (Синякова), под Парижем открывается духовная семинария. Вскоре должно быть принято решение о закладке строительства большого нового собора. Есть во Франции замечательный священник отец Алексий. Он от Русской Церкви окормляет православных в Иностранном легионе.

– В заключение беседы позвольте сердечно поздравить вас, уважаемый Никита Игоревич, с 75-летием и с вручением высокой патриаршей награды – ордена святого благоверного князя Даниила Московского. Что бы вы хотели пожелать читателям сайта «Православие.Ру»?
– Церкви и Православию я обязан тем, что хоть как-то сохранил себя: и в сталинском Ульяновске, и во внутренней тюрьме на Большой Лубянке, и в мордовских лагерях, в последующих перипетиях и испытаниях.

Мои малые усилия вознаграждены слишком щедро, моя благодарность Церкви и патриарху за награждение – велика. Радуюсь тому, что у Русской Церкви такой Предстоятель – миссионер, реформатор, верный Преданию и традиции, знающий и любящий Европу.

Хотелось бы, чтобы читатели «Православия.Ру» помогли бы движению за возврат прежних названий городов, улиц, мест. За то, чтобы дети освобожденной страны не ходили бы в школу на 2-й Советской через площадь Свердлова и проспект Дзержинского и т.д. Чтобы с Красной площади уехало бы Щукинское строение и его обитатель: миазмы, исходящие от убийцы царственных страстотерпцев и российских новомучеников, столь же токсичны для души нации, как и прежде.

Хотелось бы, чтобы Церковь чаще вспоминала о том, как Творец поручил Адаму уход за сотворенным, и чтобы она призывала верующих к большей природоохранной сознательности, к заботе о растениях, о воде, о животных. Вспомним святых Фрола и Лавра, Сергия Радонежского и Серафима Саровского. Это сегодня необходимо для России!

Читателям «Православия.Ру» желаю такой же милости и благожелательности судьбы, какие даны были мне. И, конечно же, частого чтения этого такого интересного и хорошо скомпонованного интернет-ресурса.

Беседовал Михаил Киселев
22 июля 2009 года
Источник: ПРАВОСЛАВИЕ.RU .   
 Карта сайта

Анонсы




Персоны

АВЕРИНЦЕВ АРАБОВ АРХАНГЕЛЬСКИЙ АСТАФЬЕВ АХМАТОВА АХМАДУЛИНА АДЕЛЬГЕЙМ АЛЛЕГРИ АЛЬБИНОНИ АЛЬФОНС АЛЛЕНОВА АКСАКОВ АРЦЫБУШЕВ АДРИАНА БУНИН БЕХТЕЕВ БИТОВ БОНДАРЧУК БОРОДИН БУЛГАКОВ БУТУСОВ БЕРЕСТОВ БРУКНЕР БРАМС БРУХ БЕЛОВ БЕРДЯЕВ БЕРНАНОС БЕРОЕВ БРЭГГ БУНДУР БАХ БЕТХОВЕН БОРОДИН БАТАЛОВ БИЗЕ БРЕГВАДЗЕ БУЗНИК БЛОХ БЕХТЕРЕВА БУОНИНСЕНЬЯ БРОДСКИЙ БАСИНСКИЙ БАТИЩЕВА БАРКЛИ БОРИСОВ БУЛЫГИН БОРОВИКОВСКИЙ БЫКОВ БУРОВ БАК ВАРЛАМОВ ВАСИЛЬЕВА ВОЛОШИН ВЯЗЕМСКИЙ ВАРЛЕЙ ВИВАЛЬДИ ВО ВОЗНЕСЕНСКАЯ ВИШНЕВСКАЯ ВОДОЛАЗКИН ВОЛОДИХИН ВЕРТИНСКАЯ ВУЙЧИЧ ГАЛИЧ ГЕЙЗЕНБЕРГ ГЕТМАНОВ ГИППИУС ГОГОЛЬ ГРАНИН ГУМИЛЁВ ГУСЬКОВ ГАЛЬЦЕВА ГОРОДОВА ГЛИНКА ГРАДОВА ГАЙДН ГРИГ ГУРЕЦКИЙ ГЕРМАН ГРИЛИХЕС ГОРДИН ГРЫМОВ ГУБАЙДУЛИНА ГОЛЬДШТЕЙН ГРЕЧКО ГОРБАНЕВСКАЯ ГОДИНЕР ГРЕБЕНЩИКОВ ДЮЖЕВ ДЕМЕНТЬЕВ ДЕСНИЦКИЙ ДОВЛАТОВ ДОСТОЕВСКИЙ ДРУЦЭ ДЕБЮССИ ДВОРЖАК ДОНН ДУНАЕВ ДАНИЛОВА ДЖОТТО ДЖЕССЕН ЖУКОВСКИЙ ЖИДКОВ ЖУРИНСКАЯ ЖИЛЛЕ ЖИВОВ ЗАЛОТУХА ЗОЛОТУССКИЙ ЗУБОВ ЗАНУССИ ЗВЯГИНЦЕВ ЗОЛОТОВ ИСКАНДЕР ИЛЬИН КАБАКОВ КИБИРОВ КОЛЛИНЗ КОНЮХОВ КОПЕРНИК КУБЛАНОВСКИЙ КУРБАТОВ КУЧЕРСКАЯ КУШНЕР КАПЛАН КОРМУХИНА КУПЧЕНКО КОРЕЛЛИ КИРИЛЛОВА КОРЖАВИН КОРЧАК КОРОЛЕНКО КЬЕРКЕГОР КРАСНОВА ЛИПКИН ЛОПАТКИНА ЛЕВИТАНСКИЙ ЛУНГИН ЛЬЮИС ЛЕГОЙДА ЛИЕПА ЛЯДОВ ЛОСЕВ ЛИСТ ЛЕОНОВ МАЙКОВ МАКДОНАЛЬД МАКОВЕЦКИЙ МАКСИМОВ МАМОНОВ МАНДЕЛЬШТАМ МИРОНОВ МОТЫЛЬ МУРАВЬЕВА МОРИАК МАРТЫНОВ МЕНДЕЛЬСОН МАЛЕР МУСОРГСКИЙ МОЦАРТ МИХАЙЛОВ МЕРЗЛИКИН МАССНЕ МАХНАЧ МЕЛАМЕД МИЛЛЕР МОЖЕГОВ МАКАРСКИЙ МАРИЯ НАРЕКАЦИ НЕКРАСОВ НЕПОМНЯЩИЙ НИКОЛАЕВА НАДСОН НИКИТИН НИВА ОКУДЖАВА ОСИПОВ ОРЕХОВ ОСТРОУМОВА ОБОЛДИНА ОХАПКИН ПАНТЕЛЕЕВ ПАСКАЛЬ ПАСТЕР ПАСТЕРНАК ПИРОГОВ ПЛАНК ПОГУДИН ПОЛОНСКИЙ ПРОШКИН ПАВЛОВИЧ ПЕГИ ПЯРТ ПОЛЕНОВ ПЕРГОЛЕЗИ ПЁРСЕЛЛ ПАЛЕСТРИНА ПУЩАЕВ ПАВЛОВ ПЕТРАРКА ПЕВЦОВ ПАНЮШКИН ПЕТРЕНКО РАСПУТИН РЫБНИКОВ РАТУШИНСКАЯ РАЗУМОВСКИЙ РАХМАНИНОВ РАВЕЛЬ РАУШЕНБАХ РУБЛЕВ РЕВИЧ РУБЦОВ РАТНЕР РОСТРОПОВИЧ РОДНЯНСКАЯ СВИРИДОВ СЕДАКОВА СЛУЦКИЙ СОЛЖЕНИЦЫН СОЛОВЬЕВ СТЕБЛОВ СТУПКА СКАРЛАТТИ САРАСКИНА САРАСАТЕ СОЛОУХИН СТОГОВ СОКУРОВ СТРУВЕ СИКОРСКИЙ СУИНБЕРН САНАЕВ СИЛЬВЕСТРОВ СОНЬКИНА СИНЯЕВА СТЕПУН ТЮТЧЕВ ТУРОВЕРОВ ТАРКОВСКИЙ ТЕРАПИАНО ТРАУБЕРГ ТКАЧЕНКО ТИССО ТАВЕНЕР ТОЛКИН ТОЛСТОЙ ТУРГЕНЕВ ТАРКОВСКИЙ УЖАНКОВ УМИНСКИЙ ФУДЕЛЬ ФЕТ ФЕДОСЕЕВ ФИЛЛИПС ФРА ФИРСОВ ФАСТ ФЕДОТОВ ХОТИНЕНКО ХОМЯКОВ ХАМАТОВА ХУДИЕВ ХЕРСОНСКИЙ ХОРУЖИЙ ЦВЕТАЕВА ЦФАСМАН ЧАЛИКОВА ЧУРИКОВА ЧЕЙН ЧЕХОВ ЧЕСТЕРТОН ЧЕРНЯК ЧАВЧАВАДЗЕ ЧУХОНЦЕВ ЧАПНИН ЧАРСКАЯ ШЕВЧУК ШУБЕРТ ШУМАН ШМЕМАН ШНИТКЕ ШМИТТ ШМЕЛЕВ ШНОЛЬ ШПОЛЯНСКИЙ ШТАЙН ЭЛГАР ЭПШТЕЙН ЮРСКИЙ ЮДИНА ЯМЩИКОВ