О ПроектеАпологетикаНовый ЗаветЛитургияПроповедьГалереиМузыкальная коллекцияКонтакты

Алфавитный указатель:

АБВГ
ДЕЖЗ
ИКЛМ
НОПР
СТУФ
ХЦЧШ
ЩЭЮЯ


Все имена на сайте

Все имена на сайте

АВЕРИНЦЕВ Сергей Сергеевич
АДАМОВИЧ Георгий Викторович
АРАБОВ Юрий Николаевич
АРХАНГЕЛЬСКИЙ Александр Николаевич
АСТАФЬЕВ Виктор Петрович
АХМАТОВА Анна Андреевна
АХМАДУЛИНА Белла Ахатовна
АДЕЛЬГЕЙМ Павел Анатольевич (протоиерей)
АНТОНИЙ [Андрей Борисович Блум] (митрополит)
АЛЕШКОВСКИЙ Петр Маркович
АЛЛЕГРИ Грегорио
АЛЬБИНОНИ Томазо
АЛЬФОНС X Мудрый
АМВРОСИЙ Медиоланский
АФОНИНА Сайда Мунировна
АРОНЗОН Леонид Львович
АМИРЭДЖИБИ Чабуа Ираклиевич
АРТЕМЬЕВ Эдуард Николаевич
АЛДАШИН Михаил Владимирович
АНДЕРСЕН Ларисса Николаевна
АНДЕРСЕН Ханс Кристиан
АЛЛЕНОВА Ольга
АНФИЛОВ Глеб Иосафович
АПУХТИН Алексей Николаевич
АФАНАСЬЕВ Леонид Николаевич
АКСАКОВ Иван Сергеевич
АНУФРИЕВА Наталия Даниловна
АРЦЫБУШЕВ Алексей Петрович
АНСИМОВ Георгий Павлович
АДРИАНА (монахиня) [Наталия Владимировна Малышева]
АЛЬШАНСКАЯ Елена Леонидовна
АРХАНГЕЛЬСКАЯ Анна Валерьевна
АЛЕКСЕЕВ Анатолий Алексеевич
АРКАДЬЕВ Михаил Александрович
АЛЕКСАНДРОВ Кирилл Михайлович
АРБЕНИНА Диана Сергеевна
АРШАКЯН Лев (иерей)
АБЕЛЬ Карл Фридрих
АЛФЁРОВА Ксения Александровна
БАЛЬМОНТ Константин Дмитриевич
БУНИН Иван Алексеевич
БЕХТЕЕВ Сергей Сергеевич
БИТОВ Андрей Георгиевич
БОНДАРЧУК Алёна Сергеевна
БОРОДИН Леонид Иванович
БУЛГАКОВ Михаил Афанасьевич
БУТУСОВ Вячеслав Геннадьевич
БОНХЁФФЕР Дитрих
БЕРЕСТОВ Валентин Дмитриевич
БРУКНЕР Антон
БРАМС Иоганнес
БРУХ Макс
БЕЛОВ Алексей
БЕРДЯЕВ Николай Александрович
БЕРЕЗИН Владимир Александрович
БЕРНАНОС Жорж
БЕРОЕВ Егор Вадимович
БРЭГГ Уильям Генри
БУНДУР Олег Семёнович
БАЛАКИРЕВ Милий Алексеевич
БАХ Иоганн Себастьян
БЕТХОВЕН Людвиг ван
БОРОДИН Александр Порфирьевич
БАТАЛОВ Алексей Владимирович
БЕНЕВИЧ Григорий Исаакович
БИЗЕ Жорж
БРЕГВАДЗЕ Нани Георгиевна
БУЗНИК Михаил Христофорович
БОРИСОВ Александр Ильич (священник)
БЛОХ Карл
БУЛГАКОВ Артем
БЕГЛОВ Алексей Львович
БЕХТЕРЕВА Наталья Петровна
БЕРЯЗЕВ Владимир Алексееич
БУОНИНСЕНЬЯ Дуччо ди
БРОДСКИЙ Иосиф Александрович
БАКУЛИН Мирослав Юрьевич
БАСИНСКИЙ Павел Валерьевич
БУКСТЕХУДЕ Дитрих
БУЛГАКОВ Сергий Николаевич (священник)
БАТИЩЕВА Янина Генриховна
БИБЕР Генрих
БАРКЛИ Уильям
БЕРХИН Владимир
БОРИСОВ Николай Сергеевич
БУЛЫГИН Павел Петрович
БОРОВИКОВСКИЙ Александр Львович
БЫКОВ Дмитрий Львович
БАЛАЯН Елена Владимировна
БИККУЛОВА Алёна Алексеевна
БЕЛАНОВСКИЙ Юрий Сергеевич
БУРОВ Алексей Владимирович
БАХРЕВСКИЙ Владислав Анатольевич
БАШУТИН Борис Валерьевич
БЕРЕЗОВА Юлия
БАБЕНКО Алёна Олеговна
БУЦКО Юрий Маркович
БОЛДЫШЕВА Ирина Валентиновна
БАК Дмитрий Петрович
БЕЛЛ Роб
БИБИХИН Владимир Вениаминович
БАРТ Карл
БУДЯШЕК Ян
БАЙТОВ Николай Владимирович
БАТОВ Олег Анатольевич (протоиерей)
БЕНИНГ Симон
БАЛТРУШАЙТИС Юргис Казимирович
БЕЛЬСКИЙ Станислав
БЕЛОХВОСТОВА Юлия
БЕЖИН Леонид Евгеньевич
БИРЮКОВА Марина
БОЕВ Пётр Анатольевич (иерей)
БЫКОВ Василь Владимирович
ВАРЛАМОВ Алексей Николаевич
ВАСИЛЬЕВА Екатерина Сергеевна
ВОЛОШИН Максимилиан Александрович
ВЯЗЕМСКИЙ Юрий Павлович
ВАРЛЕЙ Наталья Владимировна
ВИВАЛЬДИ Антонио
ВО Ивлин
ВОРОПАЕВ Владимир Алексеевич
ВИСКОВ Антон Олегович
ВОЗНЕСЕНСКАЯ Юлия Николаевна
ВИШНЕВСКАЯ Галина Павловна
ВИЛЕНСКИЙ Семен Самуилович
ВАСИЛИЙ (епископ) [Владимир Михайлович Родзянко]
ВОЛКОВ Павел Владимирович
ВЕЙЛЬ Симона
ВОДОЛАЗКИН Евгений Германович
ВОЛОДИХИН Дмитрий Михайлович
ВЕЛИЧАНСКИЙ Александр Леонидович
ВОЛЧКОВ Сергей Валерьевич
ВАРСОНОФИЙ (архимандрит) [Павел Иванович Плиханков]
ВЕРТИНСКАЯ Анастасия Александровна
ВДОВИЧЕНКОВ Владимир Владимирович
ВАССА [Ларина] (инокиня)
ВИНОГРАДОВ Леонид
ВАСИН Вячеслав Георгиевич
ВАРАЕВ Максим Владимирович (священник)
ВИТАЛИ Джованни Баттиста
ВУЙЧИЧ Ник
ВОСКРЕСЕНСКИЙ Семен Николаевич
ВЕЛИКАНОВ Павел Иванович (протоиерей)
ВАСИЛЮК Фёдор Ефимович
ВИКТОРИЯ Томас Луис
ВАЙГЕЛЬ Валентин
ВАНЬЕ Жан
ВЛАДИМИРСКИЙ Леонид Викторович
ВЫРЫПАЕВ Иван Александрович
ВОЛФ Мирослав
ГОЛЕНИЩЕВ-КУТУЗОВ Арсений Аркадьевич
ГАЛАКТИОНОВА Вера Григорьевна
ГАЛИЧ Александр Аркадьевич
ГАЛКИН Борис Сергеевич
ГЕЙЗЕНБЕРГ Вернер
ГЕТМАНОВ Роман Николаевич
ГИППИУС Зинаида Николаевна
ГОБЗЕВА Ольга Фроловна [монахиня Ольга]
ГОГОЛЬ Николай Васильевич
ГРАНИН Даниил Александрович
ГУМИЛЁВ Николай Степанович
ГУСЬКОВ Алексей Геннадьевич
ГУРЦКАЯ Диана Гудаевна
ГАЛЬЦЕВА Рената Александровна
ГОРОДОВА Мария Александровна
ГАЛЬ Юрий Владимирович
ГЛИНКА Михаил Иванович
ГРАДОВА Екатерина Георгиевна
ГАЙДН Йозеф
ГЕНДЕЛЬ Георг Фридрих
ГЕРМАН Расслабленный
ГРИГ Эдвард
ГОРБОВСКИЙ Глеб Яковлевич
ГАЛУППИ Бальдассаре
ГЛЮК Кристоф
ГУРЕЦКИЙ Хенрик Миколай
ГУМАНОВА Ольга
ГЕРМАН Анна
ГРИЛИХЕС Леонид (священник)
ГРААФ Фредерика(Мария) де
ГОРДИН Яков Аркадьевич
ГЛИНКА Елизавета Петровна (Доктор Лиза)
ГУРБОЛИКОВ Владимир Александрович
ГРИЦ Илья Яковлевич
ГРЫМОВ Юрий Вячеславович
ГОРИЧЕВА Татьяна Михайловна
ГВАРДИНИ Романо
ГУБАЙДУЛИНА София Асгатовна
ГОЛЬДШТЕЙН Дмитрий Витальевич
ГОРЮШКИН-СОРОКОПУДОВ Иван Силыч
ГРЕЧКО Георгий Михайлович
ГРИМБЛИТ Татьяна Николаевна
ГОРБАНЕВСКАЯ Наталья Евгеньевна
ГРИБ Андрей Анатольевич
ГОЛОВКОВА Лидия Алексеевна
ГАСЛОВ Игорь Владимирович
ГОДИНЕР Анна Вацлавовна
ГЕРЦЫК Аделаида Казимировна
ГНЕЗДИЛОВ Андрей Владимирович
ГУТНЕР Григорий Борисович
ГАРКАВИ Дмитрий Валентинович
ГОРОДЕЦКАЯ Надежда Даниловна
ГУПАЛО Георгий Михайлович
ГЕ Николай Николаевич
ГАЛИК Либор Серафим (священник)
ГЕЗАЛОВ Александр Самедович
ГЕНИСАРЕТСКИЙ Олег Игоревич
ГЕОРГИЙ [Жорж Ходр] (митрополит)
ГИППЕНРЕЙТЕР Юлия Борисовна
ГРЕБЕНЩИКОВ Борис Борисович
ГРАММАТИКОВ Владимир Александрович
ГУЛЯЕВ Георгий Анатольевич (протоиерей)
ГУМЕРОВА Анна Леонидовна
ГОРОДНИЦКИЙ Александр Моисеевич
ГИОРГОБИАНИ Давид
ГОЛЬЦМАН Ян Янович
ГАНДЛЕВСКИЙ Сергей Маркович
ГЕНИЕВА Екатерина Юрьевна
ГЛУХОВСКИЙ Дмитрий Алексеевич
ГРУНИН Юрий Васильевич
ДЮЖЕВ Дмитрий Петрович
ДОРЕ Гюстав
ДЕМЕНТЬЕВ Андрей Дмитриевич
ДЕСНИЦКИЙ Андрей Сергеевич
ДОВЛАТОВ Сергей Донатович
ДОСТОЕВСКИЙ Фёдор Михайлович
ДРУЦЭ Ион
ДИКИНСОН Эмили
ДЕБЮССИ Клод
ДВОРЖАК Антонин
ДАРГОМЫЖСКИЙ Александр Сергеевич
ДОНН Джон
ДВОРКИН Александр Леонидович
ДУНАЕВ Михаил Михайлович
ДАНИЛОВА Анна Александровна
ДЖОТТО ди Бондоне
ДИОДОРОВ Борис Аркадьевич
ДЬЯЧКОВ Александр Андреевич
ДЖЕССЕН Джианна
ДЖАБРАИЛОВА Мадлен Расмиевна
ДРОЗДОВ Николай Николаевич
ДАНИЛОВ Дмитрий Алексеевич
ДИМИТРИЙ (иеромонах) [Михаил Сергеевич Першин]
ДИККЕНС Чарльз
ДОРОНИНА Татьяна Васильевна
ДЕНИСОВ Эдисон Васильевич
ДАНИЛОВ Анатолий Евгеньевич
ДАНИЛОВА Юлия
ДОРМАН Елена Юрьевна
ДРАГУНСКИЙ Денис Викторович
ДУДЧЕНКО Андрей (протоиерей)
ДЕГЕН Ион Лазаревич
ЕСАУЛОВ Иван Андреевич
ЕМЕЛЬЯНЕНКО Федор Владимирович
ЕЛЬЧАНИНОВ Александр Викторович (священник)
ЕГЕРШТЕТТЕР Франц
ЖИРМУНСКАЯ Тамара Александровна
ЖУКОВСКИЙ Василий Андреевич
ЖИДКОВ Юрий Борисович
ЖУРИНСКАЯ Марина Андреевна
ЖИЛЬСОН Этьен Анри
ЖИЛЛЕ Лев (архимандрит)
ЖИВОВ Виктор Маркович
ЖАДОВСКАЯ Юлия Валериановна
ЖИГУЛИН Анатолий Владимирович
ЖЕЛЯБИН-НЕЖИНСКИЙ Олег
ЖИРАР Рене
ЗАЛОТУХА Валерий Александрович
ЗОЛОТУССКИЙ Игорь Петрович
ЗУБОВ Андрей Борисович
ЗАНУССИ Кшиштоф
ЗВЯГИНЦЕВ Андрей Петрович
ЗАХАРОВ Марк Анатольевич
ЗОРИН Александр Иванович
ЗАХАРЧЕНКО Виктор Гаврилович
ЗЕЛИНСКАЯ Елена Константиновна
ЗАБОЛОЦКИЙ Николай Алексеевич
ЗОЛОТОВ Андрей
ЗОЛОТОВ Андрей Андреевич
ЗАБЕЖИНСКИЙ Илья Аронович
ЗАЙЦЕВ Андрей
ЗОЛОТУХИН Денис Валерьевич (священник)
ЗАЙЦЕВА Татьяна
ЗОЛЛИ Исраэль
ЗЕЛИНСКИЙ Владимир Корнелиевич (протоиерей)
ЗОБИН Григорий Соломонович
ИВАНОВ Вячеслав Иванович
ИСКАНДЕР Фазиль Абдулович
ИВАНОВ Георгий Владимирович
ИЛЬИН Владимир Адольфович
ИГНАТОВА Елена Алексеевна
ИЛАРИОН (митрополит) [Григорий Валериевич Алфеев]
ИАННУАРИЙ (архимандрит) [Дмитрий Яковлевич Ивлев]
ИЛЬЯШЕНКО Александр Сергеевич (священник)
ИЛЬИН Иван Александрович
ИЛЬКАЕВ Радий Иванович
ИВАНОВ Вячеслав Всеволодович
КОНАЧЕВА Светлана Александровна
КАБАКОВ Александр Абрамович
КАБЫШ Инна Александровна
КАРАХАН Лев Маратович
КИБИРОВ Тимур Юрьевич
КОЗЛОВ Иван Иванович
КОЛЛИНЗ Френсис Селлерс
КОНЮХОВ Фёдор Филлипович (диакон)
КОПЕРНИК Николай
КУБЛАНОВСКИЙ Юрий Михайлович
КУРБАТОВ Валентин Яковлевич
КУСТУРИЦА Эмир
КУЧЕРСКАЯ Майя Александровна
КУШНЕР Александр Семенович
КАПЛАН Виталий Маркович
КУРАЕВ Андрей Вячеславович (протодиакон)
КОРМУХИНА Ольга Борисовна
КУХИНКЕ Норберт
КУПЧЕНКО Ирина Петровна
КЛОДЕЛЬ Поль
КОЗЛОВ Максим Евгеньевич (священник)
КАЛИННИКОВ Василий Сергеевич
КОРЕЛЛИ Арканджело
КАРОЛЬСФЕЛЬД Юлиус
КИРИЛЛОВА Ксения
КЕКОВА Светлана Васильевна
КОРЖАВИН Наум Моисеевич
КРЮЧКОВ Павел Михайлович
КРУГЛОВ Сергий Геннадьевич (священник)
КРАВЦОВ Константин Павлович (священник)
КНАЙФЕЛЬ Александр Аронович
КИКТЕНКО Вячеслав Вячеславович
КУРЕНТЗИС Теодор
КЫРЛЕЖЕВ Александр Иванович
КОШЕЛЕВ Николай Андреевич
КЮИ Цезарь Антонович
КОРЧАК Януш
КЛОДТ Евгений Георгиевич
КРАСНИКОВА Ольга Михайловна
КОРОЛЕНКО Псой
КЬЕРКЕГОР Серен
КОВАЛЬДЖИ Владимир
КОВАЛЬДЖИ Кирилл Владимирович
КОРИНФСКИЙ Аполлон Аполлонович
КЮХЕЛЬБЕКЕР Вильгельм Карлович
КОЗЛОВСКИЙ Иван Семёнович
КАРПОВ Сергей Павлович
КАМБУРОВА Елена Антоновна
КРАСИЛЬНИКОВ Сергей Александрович
КОПЕЙКИН Кирилл (протоиерей)
КАЛЕДА Кирилл Глебович (протоиерей)
КРАСНОВА Татьяна Викторовна
КРИВОШЕИНА Ксения Игоревна
КОТОВ Андрей Николаевич
КОРНОУХОВ Александр Давыдович
КЛЮКИНА Ольга Петровна
КАССИЯ
КРАВЕЦ Сергей Леонидович
КАЗАРНОВСКАЯ Любовь Юрьевна
КРАВЕЦКИЙ Александр Геннадьевич
КРИВУЛИН Виктор Борисович
КОСТЮКОВ Леонид Владимирович
КЛЕМАН Оливье
КУКИН Михаил Юрьевич
КОНАНОС Андрей (архимандрит)
КИРИЛЛОВ Игорь Леонидович
КАЛЛИСТ [Тимоти Уэр ] (митрополит)
КРИВОШЕИН Никита Игоревич
КИТНИС Тимофей
КИНДИНОВ Евгений Арсеньевич
КЛИМОВ Дмирий (протоиерей)
КОЗЫРЕВ Алексей Павлович
КУПРИЯНОВ Борис Леонидович (протоиерей)
КОКИН Илья Анатольевич (диакон)
КНЯЗЕВ Евгений Владимирович
КРАПИВИН Владислав Петрович
КЕННЕТ Клаус
КОЛОНИЦКИЙ Борис Иванович
КОРДОЧКИН Андрей (протоиерей)
ЛИЕПА Илзе
ЛИПКИН Семён Израилевич
ЛЮБОЕВИЧ Дивна
ЛОПАТКИНА Ульяна Вячеславовна
ЛОШИЦ Юрий Михайлович
ЛЕВИТАНСКИЙ Юрий Давыдович
ЛЕРМОНТОВ Михаил Юрьевич
ЛУНГИН Павел Семенович
ЛЬЮИС Клайв Стейплз
ЛУКЬЯНОВА Ирина Владимировна
ЛИСНЯНСКАЯ Инна Львовна
ЛЕГОЙДА Владимир Романович
ЛЮБИМОВ Илья Петрович
ЛОКАТЕЛЛИ Пьетро
ЛЮБАК Анри де
ЛАЛО Эдуар
ЛЕОНОВ Андрей Евгеньевич
ЛОСЕВА Наталья Геннадьевна
ЛИЕПА Андрис Марисович
ЛЯДОВ Анатолий Константинович
ЛАРШЕ Жан-Клод
ЛОСЕВ Алексей Федорович
ЛИСТ Ференц
ЛЮЛЛИ Жан-Батист
ЛЕГА Виктор Петрович
ЛОБАНОВ Валерий Витальевич
ЛЮБИМОВ Борис Николаевич
ЛЕВШЕНКО Борис Трифонович (священник)
ЛОРГУС Андрей Вадимович (священник)
ЛАССО Орландо
ЛЮБИЧ Кьяра
ЛУЧЕНКО Ксения Валерьевна
ЛЮБШИН Станислав Андреевич
ЛЕОНОВ Евгений Павлович
ЛАВЛЕНЦЕВ Игорь Вячеславович
ЛЮДОГОВСКИЙ Феодор (иерей)
ЛЮБИМОВ Григорий Александрович
ЛАВРОВ Владимир Михайлович
ЛЕОНОВИЧ Владимир Николаевич
ЛОПУШАНСКИЙ Константин Сергеевич
ЛИТВИНОВ Александр Михайлович
ЛУЧКО Клара Степановна
ЛАВДАНСКИЙ Александр Александрович
ЛОБЬЕ де Патрик
ЛАШКОВА Вера Иосифовна
ЛИПОВКИНА Татьяна
ЛОРЕНЦЕТТИ Амброджо
ЛОТТИ Антонио
ЛУКИН Павел Владимирович
ЛАШИН Емилиан Владимирович
МАЙКОВ Апполон Николаевич
МАКДОНАЛЬД Джордж
МАКОВЕЦКИЙ Сергей Васильевич
МАКОВСКИЙ Сергей Константинович
МАКСИМОВ Андрей Маркович
МАМОНОВ Пётр Николаевич
МАНДЕЛЬШТАМ Осип Эмильевич
МИНИН Владимир Николаевич
МИРОНОВ Евгений Витальевич
МОТЫЛЬ Владимир Яковлевич
МУРАВЬЕВА Ирина Вадимовна
МИЛЛИКЕН Роберт Эндрюс
МЮРРЕЙ Джозеф Эдвард
МАРКОНИ Гульельмо
МАТОРИН Владимир Анатольевич
МЕДУШЕВСКИЙ Вячеслав Вячеславович
МОРИАК Франсуа
МАРТЫНОВ Владимир Иванович
МЕНДЕЛЬСОН Феликс
МИРОНОВА Мария Андреевна
МАЛЕР Густав
МУСОРГСКИЙ Модест Петрович
МОЦАРТ Вольфганг Амадей
МАНФРЕДИНИ Франческо Онофрио
МИХАЙЛОВА Марина Валентиновна
МЕНЬ Александр (протоиерей)
МИХАЙЛОВ Александр Николаевич
МЕРЗЛИКИН Андрей Ильич
МАССНЕ Жюль
МАРЧЕЛЛО Алессандро
МАШО Гийом де
МАХНАЧ Владимир Леонидович
МАШЕГОВ Алексей
МЕРКЕЛЬ Ангела
МЕЛАМЕД Игорь Сунерович
МОНТИ Витторио
МИЛЛЕР Лариса Емельяновна
МОЖЕГОВ Владимир
МАКАРСКИЙ Антон Александрович
МАКАРИЙ (иеромонах) [Марк Симонович Маркиш]
МИТРОФАНОВ Георгий Николаевич (священник)
МОЩЕНКО Владимир Николаевич
МОГУТИН Юрий Николаевич
МИНДАДЗЕ Александр Анатольевич
МИКИТА Андрей Иштванович
МАТВИЕНКО Игорь Игоревич
МЕЖЕНИНА Лариса Николаевна
МАРИЯ (монахиня) [Елизавета Юрьевна Пиленко]
МИРСКИЙ Георгий Ильич
МАЛАХОВА Лилия
МАРКИНА Надежда Константиновна
МОЛЧАНОВ Владимир Кириллович
МАГГЕРИДЖ Малькольм
МЕЛЛО Альберто
МОРОЗОВ Александр Олегович
МАКНОТОН Джон
МЕЕРСОН Ольга
МЕЕРСОН-АКСЕНОВ Михаил Георгиевич (протоиерей)
МИТРОФАНОВА Алла Сергеевна
МЕНЬШОВА Юлия Владимировна
МАЗЫРИН Александр (иерей)
МУРАВЬЁВ Алексей Владимирович
МАЛЬЦЕВА Надежда Елизаровна
МАГИД Сергей Яковлевич
МАРЕ Марен
МИРОНЕНКО Сергей Владимирович
НАРЕКАЦИ Григор
НЕКРАСОВ Николай Алексеевич
НЕПОМНЯЩИЙ Валентин Семенович
НИКОЛАЕВ Юрий Александрович
НИКОЛАЕВА Олеся Александровна
НЬЮТОН Исаак
НИКОЛАЙ [ Никола Велимирович ] (епископ)
НОРШТЕЙН Юрий Борисович
НЕГАТУРОВ Вадим Витальевич
НЕСТЕРЕНКО Евгений Евгеньевич
НОВИКОВ Денис Геннадьевич
НЕЖДАНОВ Владимир Васильевич (священник)
НЕСТЕРЕНКО Василий Игоревич
НЕКТАРИЙ (игумен) [Родион Сергеевич Морозов]
НАДСОН Семён Яковлевич
НИКИТИН Иван Саввич
НИКОЛАЙ [Николай Хаджиниколау] (митрополит)
НАЗАРОВ Александр Владимирович
НИВА Жорж
НИШНИАНИДЗЕ Шота Георгиевич
НИКУЛИН Николай Николаевич
ОКУДЖАВА Булат Шалвович
ОСИПОВ Алексей Ильич
ОРЕХОВ Дмитрий Сергеевич
ОРЛОВА Василина Александровна
ОСТРОУМОВА Ольга Михайловна
ОЦУП Николай Авдеевич
ОГОРОДНИКОВ Александр Иоильевич
ОБОЛДИНА Инга Петровна
ОХАПКИН Олег Александрович
ОРЕХАНОВ Георгий Леонидович (протоиерей)
ПАНТЕЛЕЕВ Леонид
ПАСКАЛЬ Блез
ПАСТЕР Луи
ПАСТЕРНАК Борис Леонидович
ПИРОГОВ Николай Иванович
ПЛАНК Макс
ПЛЕЩЕЕВ Алексей Николаевич
ПОГУДИН Олег Евгеньевич
ПОЛОНСКИЙ Яков Петрович
ПОЛЯКОВА Надежда Михайловна
ПОЛЯНСКАЯ Екатерина Владимировна
ПРОШКИН Александр Анатольевич
ПУШКИН Александр Сергеевич
ПАВЛОВИЧ Надежда Александровна
ПЕГИ Шарль
ПРОКОФЬЕВА Софья Леонидовна
ПЕТРОВА Татьяна Юрьевна
ПЯРТ Арво
ПОЛЕНОВ Василий Дмитриевич
ПЕРГОЛЕЗИ Джованни
ПЁРСЕЛЛ Генри
ПАЛЕСТРИНА Джованни Пьерлуиджи
ПЕТР (игумен) [Валентин Андреевич Мещеринов]
ПУЩАЕВ Юрий Владимирович
ПУЗАКОВ Алексей Александрович
ПАВЛОВ Олег Олегович
ПРОСКУРИНА Светлана Николаевна
ПАНИЧ Светлана Михайловна
ПЕЛИКАН Ярослав
ПОЛИКАНИНА Валентина Петровна
ПЬЕЦУХ Вячеслав Алексеевич
ПЕТРАРКА Франческо
ПУСТОВАЯ Валерия Ефимовна
ПЕВЦОВ Дмитрий Анатольевич
ПАНЮШКИН Валерий Валерьевич
ПОЗДНЯЕВА Кира
ПИВОВАРОВ Юрий Сергеевич
ПОРОШИНА Мария Михайловна
ПЕТРЕНКО Алексей Васильевич
ПАРРАВИЧИНИ Эльвира
ПРЕЛОВСКИЙ Анатолий Васильевич
ПАНТЕЛЕИМОН [Аркадий Викторович Шатов] (епископ)
ПРЕКУП Игорь (священник)
ПЕТРАНОВСКАЯ Людмила Владимировна
ПОДОБЕДОВА Ольга Ильинична
ПОПОВА Ольга Сигизмундовна
ПАРФЕНОВ Филипп (священник)
ПЛОТКИНА Алла Григорьевна
ПАРХОМЕНКО Сергей Борисович
ПАЗЕНКО Егор Станиславович
ПРОХОРОВА Ирина Дмитриевна
ПАГЫН Сергей Анатольевич
РАСПУТИН Валентин Григорьевич
РОМАНОВ Константин Константинович (КР)
РЫБНИКОВ Алексей Львович
РАТУШИНСКАЯ Ирина Борисовна
РОСС Рональд
РАНЦАНЕ Анна
РАЗУМОВСКИЙ Феликс Вельевич
РАХМАНИНОВ Сергей Васильевич
РАВЕЛЬ Морис
РАУШЕНБАХ Борис Викторович
РУБЛЕВ Андрей
РИМСКИЙ-КОРСАКОВ Николай Андреевич
РЕВИЧ Александр Михайлович
РУБЦОВ Николай Михайлович
РАТНЕР Лилия Николаевна
РОСТРОПОВИЧ Мстислав Леопольдович
РОГИНСКИЙ Арсений Борисович
РОЗЕНБЛЮМ Константин Витольд
РЕШЕТОВ Алексей Леонидович
РОГОВЦЕВА Ада Николаевна
РЫЖЕНКО Павел Викторович
РОДНЯНСКАЯ Ирина Бенционовна
РИЛЬКЕ Райнер Мария
РОШЕ Константин Константинович
РАКИТИН Александр Анатольевич
РОМАНЕНКО Татьяна Анатольевна
РЯШЕНЦЕВ Юрий Евгеньевич
РАЗУМОВ Анатолий Яковлевич
РУЛИНСКИЙ Василий Васильевич
СВИРИДОВ Георгий Васильевич
СЕДАКОВА Ольга Александровна
СЛУЦКИЙ Борис Абрамович
СМОКТУНОВСКИЙ Иннокентий Михайлович
СОЛЖЕНИЦЫН Александрович Исаевич
СОЛОВЬЕВ Владимир Сергеевич
СОЛОДОВНИКОВ Александр Александрович
СТЕБЛОВ Евгений Юрьевич
СТУПКА Богдан Сильвестрович
СОКОЛОВ-МИТРИЧ Дмитрий Владимирович
СМОЛЛИ Ричард
СЭЙЕРС Дороти
СМОЛЬЯНИНОВА Евгения Валерьевна
СТЕПАНОВ Юрий Константинович
СИМОНОВ Константин Михайлович
СМОЛЬЯНИНОВ Артур Сергеевич
СЕДОВ Константин Сергеевич
СОПРОВСКИЙ Александр Александрович
СКАРЛАТТИ Алессандро
САРАСКИНА Людмила Ивановна
САМОЙЛОВ Давид Самуилович
САРАСАТЕ Пабло
СТРАДЕЛЛА Алессандро
СУРОВА Людмила Васильевна
СЛУЧЕВСКИЙ Николай Владимирович
СОКОЛОВ Александр Михайлович
СОЛОУХИН Владимир Алексеевич
СТОГОВ Илья Юрьевич
СЕН-САНС Камиль
СОКУРОВ Александр Николаевич
СТРУВЕ Никита Алексеевич
СОЛЖЕНИЦЫН Игнат Александрович
СИКОРСКИЙ Игорь Иванович
СУИНБЕРН Ричард
САВВА (Мажуко) архимандрит
САНАЕВ Павел Владимирович
СИЛЬВЕСТРОВ Валентин Васильевич
СТЕФАНОВИЧ Николай Владимирович
СОНЬКИНА Анна Александровна
СИНЯЕВА Ольга
СОЛОНИЦЫН Алексей Алексеевич
САЛИМОН Владимир Иванович
СВЕТОЗАРСКИЙ Алексей Константинович
СКУРАТ Константин Ефимович
СВЕШНИКОВА Мария Владиславовна
СЕНЬЧУКОВА Мария Сергеевна [ инокиня Евгения ]
СЕЛЕЗНЁВ Михаил Георгиевич
САВЧЕНКО Николай (священник)
СПИВАКОВСКИЙ Павел Евсеевич
САДОВНИКОВА Елена Юрьевна
СЕН-ЖОРЖ Жозеф
СУДАРИКОВ Виктор Андреевич
САММАРТИНИ Джованни Баттиста
САНДЕРС Скип и Гвен
СКВОРЦОВ Ярослав Львович
СТЕПАНОВА Мария Михайловна
САРАБЬЯНОВ Владимир Дмитриевич
СЛАДКОВ Дмитрий Владимирович
СТОРОЖЕВА Вера Михайловна
СИГОВ Константин Борисович
СТЕПУН Фёдор Августович
СЕНДЕРОВ Валерий Анатольевич
СВЕЛИНК Ян
СТЕРЖАКОВ Владимир Александрович
СТРУКОВА Алиса
СУХИХ Игорь Николаевич
ТЮТЧЕВ Фёдор Иванович
ТУРОВЕРОВ Николай Николаевич
ТАРКОВСКИЙ Михаил Александрович
ТЕРАПИАНО Юрий Константинович
ТОНУНЦ Елена Константиновна
ТРАУБЕРГ Наталья Леонидовна
ТАУНС Чарльз
ТОКМАКОВ Лев Алексеевич
ТКАЧЕНКО Александр
ТЕУНИКОВА Юлия Александровна
ТАРТИНИ Джузеппе
ТИССО Джеймс
ТРОШИН Валерий Владимирович
ТАХО-ГОДИ Аза (Наталья) Алибековна
ТАВЕНЕР Джон
ТОЛКИН Джон Рональд Руэл
ТРАНСТРЁМЕР Тумас
ТАРИВЕРДИЕВ Микаэл Леонович
ТЕПЛИЦКИЙ Виктор (протоиерей)
ТРОСТНИКОВА Елена Викторовна
ТОЛСТОЙ Алексей Константинович
ТУРГЕНЕВ Иван Сергеевич
ТЕПЛЯКОВ Виктор Григорьевич
ТИМОФЕЕВ Александр (священник)
ТИРИ Жан-Франсуа
ТАРКОВСКИЙ Арсений Александрович
ТЕЙЛОР Чарльз
ТАРАСОВ Аркадий Евгеньевич
ТЕРСТЕГЕН Герхард
ТАЛАШКО Владимир Дмитриевич
ТУРОВА Варвара
УЖАНКОВ Александр Николаевич
УОЛД Джордж
УМИНСКИЙ Алексей (священник)
УСПЕНСКИЙ Михаил Глебович
УЗЛАНЕР Дмитрий
УГЛОВ Николай Владимирович
УСПЕНСКИЙ Федор Борисович
УЛИЦКАЯ Людмила Евгеньевна
ФУДЕЛЬ Сергей Иосифович
ФЕТ Афанасий Афанасьевич
ФЕДОСЕЕВ Владимир Иванович
ФИЛЛИПС Уильям
ФРА БЕАТО АНДЖЕЛИКО
ФРАНК Семён Людвигович
ФИРСОВ Сергей Львович
ФЕСТЮЖЬЕР Андре-Жан
ФАСТ Геннадий (священник)
ФОРЕСТ Джим
ФЕОДОРИТ (иеродиакон) [Сергей Валентинович Сеньчуков]
ФОФАНОВ Константин Михайлович
ФЕДОТОВ Георгий Петрович
ФРАНКЛ Виктор
ФЛАМ Людмила Сергеевна
ФЛОРОВСКИЙ Георгий Васильевич (протоиерей)
ФОМИН Игорь (протоиерей)
ФИЛАТОВ Леонид Алексеевич
ФЕДЕРМЕССЕР Анна Константиновна
ХОТИНЕНКО Владимир Иванович
ХОМЯКОВ Алексей Степанович
ХОДАСЕВИЧ Владислав Фелицианович
ХАМАТОВА Чулпан Наилевна
ХАБЬЯНОВИЧ-ДЖУРОВИЧ Лиляна
ХУДИЕВ Сергей Львович
ХЕРСОНСКИЙ Борис Григорьевич
ХИЛЬДЕГАРДА Бингенская
ХОРУЖИЙ Сергей Сергеевич
ХЛЕБНИКОВ Олег Никитьевич
ХЕТАГУРОВ Коста Леванович
ХОРИНЯК Алевтина Петровна
ХЛЕВНЮК Олег Витальевич
ХИЛЛМАН Кристофер
ХОПКО Фома Иванович (протопресвитер)
ЦИПКО Александр Сергеевич
ЦВЕТАЕВА Анастасия Ивановна
ЦФАСМАН Михаил Анатольевич
ЦВЕЛИК Алексей Михайлович
ЦЫПИН Владислав Александрович (протоиерей)
ЧАЛИКОВА Галина Владленовна
ЧУРИКОВА Инна Михайловна
ЧЕРЕНКОВ Федор Федорович
ЧЕЙН Эрнст
ЧАЙКОВСКАЯ Елена Анатольевна
ЧЕХОВ Антон Павлович
ЧЕСТЕРТОН Гилберт
ЧЕРНЯК Андрей Иосифович
ЧЕРНИКОВА Татьяна Васильевна
ЧИЧИБАБИН Борис Алексеевич
ЧИСТЯКОВ Георгий Петрович (священник)
ЧЕРКАСОВА Елена Игоревна
ЧАВЧАВАДЗЕ Елена Николаевна
ЧУХОНЦЕВ Олег Григорьевич
ЧАВЧАВАДЗЕ Зураб Михайлович
ЧАПНИН Сергей Валерьевич
ЧАРСКАЯ Лидия Алексеевна
ЧЕРНЫХ Наталия Борисовна
ЧИМАБУЭ Ченни ди Пепо
ЧУКОВСКАЯ Елена Цезаревна
ЧЕЙГИН Петр Николаевич
ШЕМЯКИН Михаил Михайлович
ШЕВЧУК Юрий Юлианович
ШАНГИН Никита Генович
ШИРАЛИ Виктор Гейдарович
ШАВЛОВ Артур
ШЕВАРОВ Дмитрий Геннадьевич
ШУБЕРТ Франц
ШУМАН Роберт
ШМЕМАН Александр Дмитриевич (священник)
ШНИТКЕ Альфред Гарриевич
ШМИТТ Эрик-Эммануэль
ШАТАЛОВА Соня
ШАГИН Дмитрий Владимирович
ШУЛЬЧЕВА-ДЖАРМАН Ольга Александровна
ШТЕЙН Ася Владимировна
ШМЕЛЕВ Иван Сергеевич
ШНОЛЬ Дмитрий Эммануилович
ШАЦКОВ Андрей Владиславович
ШЕСТИНСКИЙ Олег Николаевич
ШВАРЦ Елена Андреевна
ШИК Елизавета Михайловна
ШИЛОВА Ольга
ШПОЛЯНСКИЙ Михаил (протоиерей)
ШМАИНА-ВЕЛИКАНОВА Анна Ильинична
ШВЕД Дмитрий Иванович
ШЛЯХТИН Роман
ШМИДТ Вильям Владимирович
ШТАЙН Эдит
ШОСТАКОВИЧ Дмитрий Дмитриевич
ШМЕЛЁВ Алексей Дмитриевич
ШНУРОВ Константин Сергеевич
ШОРОХОВА Татьяна Сергеевна
ШАУБ Игорь Юрьевич
ЩЕПЕНКО Михаил Григорьевич
ЭЛИОТ Томас Стернз
ЭКЛС Джон
ЭЛГАР Эдуард
ЭЛИТИС Одиссеас
ЭППЛЕ Николай Владимирович
ЭПШТЕЙН Михаил Наумович
ЭГГЕРТ Константин Петрович
ЭЛЬ ГРЕКО
ЭДЕЛЬШТЕЙН Георгий (протоиерей)
ЮРСКИЙ Сергей Юрьевич
ЮРЧИХИН Фёдор Николаевич
ЮДИНА Мария Вениаминовна
ЮРЕВИЧ Андрей (протоиерей)
ЮРЕВИЧ Ольга
ЯМЩИКОВ Савва Васильевич
ЯЗЫКОВА Ирина Константиновна
ЯКОВЛЕВ Антон Юрьевич
ЯМБУРГ Евгений Александрович
ЯННАРАС Христос
ЯРОВ Сергей Викторович

Рекомендуем

Абсолютная жертва Голгофы "Даже если Нарнии нет..." Вера без привилегий С любимыми не разводитесь Двери ада заперты изнутри Расцерковление Технический христианин Мифы сексуального просвещения Последие Времена Нисхождение во ад Христианство и культура Что делать с духом уныния? Что такое вера? Цена Победы Сироты напоказ Ты не один! Про ад и смерть Основная форма человечности Сложный человек как цель Оправдание веры Истина православия Зачем постился Христос? Жизнь за гробом Моя судьба Родина там, где тебя любят Не подавляйте боли разлуки Дом нетерпимости Сучок в чужом глазу Необразцовая семья Демонская твердыня Русский грех и русское спасение Кто мы? История моего заключения Мученик - означает "свидетель" Почему я перешла в православие Всех ли вывел из ада Христос? Что дало России православное христианство Право на мракобесие Если тебя обидели, бросили, предали В больничной палате Мадонна из метро Болезнь и религия Страна не упырей "Я был болен..." Совесть От виртуального христианства к реальному Картина мира Почему мои дети ходят в Церковь Божья любовь в псалмах Благая Весть Серебро Господа моего Каждый человек незаменим О судьбах человеческих "Вера - дело сердца" Антирелигиозная религия Пятнадцать вопросов атеистов Христианская жизнь как сверхприродная Можно и нужно об этом говорить Логика троичности "Душа разорвана..." Ecce Homo "Я дитя неверия и сомнения..." Мир, полный добра Крестик в пыли Все впереди Пасхальные письма Как жить с диагнозом Слишком поздно О страхе исповедания веры Единство несоединимого Убитая совесть Об антихристовом добре Чему учит смерть? Из истории русского сопротивления Религиозность Пушкина Тем, кто потерял смысл жизни Свет Церкви Рай и ад О Чудесах Книга Иова Светлой памяти Кровь мучеников есть семя Церкви Теология от первого лица Смысл удивления Начало света Как рассказать о вере? Право на красоту Любовь и пустота Осень жизни



Версия для печати

Протоиерей Георгий ОРЕХАНОВ: аудио

1. Протоиерей Георгий Ореханов в программе «Светлый вечер» на «Радио Вера» часть 1 - Скачать


2. Протоиерей Георгий Ореханов в программе «Светлый вечер» на «Радио Вера» часть 2 - Скачать


Протоиерей Георгий ОРЕХАНОВ (род.1962) - доктор исторических наук, доктор церковной истории, кандидат богословия: Видео | Интервью | Статьи | Аудио | Фотогалерея.

Нашим гостем был историк, профессор кафедры истории Русской Православной Церкви ПСТГУ, автор спецкурса «Русская Церковь и Лев Толстой» протоиерей Георгий Ореханов.

Разговор был посвящен личности Льва Николаевича Толстова. Почему творчество и идеи Толстова был так популярны в 19 веке и остаются популярными до сих пор. Также беседовали об отношениях Льва Николаевича и Оптинских старцев, о предсмертном состоянии Толстова и его отношении с Церковью.

А. Митрофанова: Добрый вечер! Добрый светлый вечер, дорогие радиослушатели! В эфире на радио «Вера» я, Алла Митрофанова, программа наша «Светлый вечер», в гостях у нас протоиерей Георгий Ореханов, профессор кафедры истории Русской Церкви Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета.

Добрый вечер, отец Георгий!

Прот. Георгий Ореханов: Добрый вечер!

А. Митрофанова: Мы сегодня здесь с вами для того, чтобы поговорить на очень интересную тему, которая, несмотря на более чем столетний интервал по отношению к нам, почему-то не теряет своей актуальности: отношения между Церковью и великим русским писателем Львом Толстым. История, которая, как только всплывает в публичном пространстве, тут же вызывает огромное количество дискуссий. И реплики звучат полярные, и люди готовы иногда друг друга просто, я не знаю, перекричать, переходит всё иногда даже на личности. Непонятно, почему это вызывает такой резонанс до сих пор. А что происходило тогда - на рубеже 19-20 веков и вначале 20 века, когда эта история была свежа, у всех была в памяти, все её обсуждали? Я надеюсь, вы нам сегодня приоткроете завесу, почему это было настолько важно тогда и почему это сохраняет актуальность сейчас. По сути, ведь мы говорим о человеке… Лев Толстой, кто он такой? На рубеже 19-20 веков, если я правильно понимаю ситуацию, это самый популярный русский человек в мире.

Прот. Георгий Ореханов: Скорее всего, так оно и было, если в начале 20 века. Всё-таки слово «популярность» несколько другое значение имело.

А. Митрофанова: А какое?

Прот. Георгий Ореханов: Толстой был популярен среди тех, кто его читал. Хотя я сам в своей книжке написал, что он самый популярный, но я бы сейчас уточнил, что, несомненно, это был самый читаемый писатель русский и вообще писатель в мире. Это, безусловно, так.

А. Митрофанова: Я должна здесь для наших слушателей пояснить, что вы ведёте спецкурс по истории отношений Русской Православной Церкви и Льва Толстого. И спецкурс у вас есть по религиозному кризису в России в 19 веке, и вы также автор книг и статей, которые касаются непосредственно истории жизни, взглядов Льва Николаевича Толстого. Именно поэтому мы с вами сегодня на эту тему и говорим. Вы знаете, почему так популярен был Толстой? Вот почему среди думающих людей именно эта фигура выделялась? Не Достоевский, не великие наши композиторы, скажем - Скрябин, Рахманинов, не великие художники - Суриков, Васнецов. Когда говорили «русский», имели в виду именно Толстого. Не император Николай - он тоже, кстати, не попал в этот, как это сказать, «топ». А Толстой там оказался, почему?

Прот. Георгий Ореханов: Я думаю, что здесь несколько причин имели значение. Во-первых, совершенно особый статус для русской культуры 19 века именно литературы. Русский писатель - он становится носителем какой-то особой харизмы, которая ассоциируется с харизмой религиозной. То есть русский писатель для читающей публики, скажем, для интеллигенции, он является пророком. К слову писателя люди прислушиваются с особым значением и с особым вниманием. Это первая причина. То есть для русского человека именно писатель должен был стать носителем какого-то особого откровения. Для русского человека, который уже отдалялся от Церкви. Когда мы говорим о кризисе, то надо к этому понятию относится с большой осторожностью, потому что в любую историческую эпоху мы можем найти признаки кризиса. Но то, что в России в 19 веке, как во всей Европе, имел место процесс, который мы сейчас называем секуляризацией, и мы сейчас об этом очень много пишем, это, конечно, неоспоримый факт. Церковная и христианская доктрина, они подвергались пересмотрению, переосмыслению. И в этом процессе значение русской литературы огромно.

А. Митрофанова: Можно чуть-чуть подробнее остановиться на этом процессе? Это же интереснейшая история. Почему, с чем была связана эта секуляризация. Кстати говоря, насколько я понимаю, это слово изначально означало другое - отчуждение церковного имущества в пользу государства. Правильно?

Прот. Георгий Ореханов: Да.

А. Митрофанова: Почему произошло такое ментальное смещение относительно этого понятия, почему вот эта секуляризация началась в головах?

Прот. Георгий Ореханов: Это, конечно, важная и очень интересная тема. Вот что интересно: те, скажем, наши отечественные авторы, которые действительно были великими знатоками русской культуры 19 века, например, Юрий Михайлович Лотман, они очень мало и неохотно об этом писали, если вообще писали. Почему? Потому что здесь нужны какие-то особые подходы, чтобы вообще это понятие «секуляризация», также как и понятие «религиозный кризис» серьёзно анализировать. Но что мы можем утверждать с большой достоверностью? Что, во-первых, этот процесс, он ускоряется в европейской культуре в 16 веке в связи с Реформацией. То есть и Лютер, и его сподвижники, его последователи, они выпустили, можно сказать, из бутылки некоего джина, когда они провозгласили свободу религиозных исследований, религиозного творчества, свободу изучения Евангелия. Понятно, в каком историческом контексте это всё произошло: это была непримиримая борьба с Католической Церковью, с её запретами, с её традициями. Но вот этот вот джин, вылетевший из бутылки, он потом стал подтачивать основы вообще христианской культуры. И можно просто говорить о том, как этот процесс в 17 веке развивался, в 18 веке. Здесь, конечно, колоссальное значение имеет эпоха Просвещения. И применительно, если возвращаться к Толстому, для Толстого колоссальное значение имело, как известно, чтение Руссо. Часто в разных книгах о Толстом приводится это свидетельство о том, что он носил образок на груди с портретом Руссо. Но у Толстого есть и другое свидетельство не менее яркое, когда он говорит: «Две книги в моей жизни имели определяющее значение - это Евангелие и Руссо». То есть он эти две книги ставит рядом. Вот это и есть иллюстрация того, что такое секуляризация: размывается совершенно представление о том, что такое «сакральное», что такое «религиозное», что такое «христианское». Если мы будем говорить о секуляризации, например, сейчас или пост-секуляризации - эта тема меня тоже очень интересует, - то мы видим к чему этот процесс приводит, особенно в среде современной молодёжи: когда мы говорим о религиозности, с этим у молодого человека могут возникать абсолютно любые ассоциации. И эти ассоциации могут не иметь никакого отношения к Евангелию вообще, к христианской традиции. Конечно, в 19 веке - мы всегда должны оставаться на исторической почве, - в 19 веке это было не так, но, что очень важно, если отвечать на ваш вопрос, если говорить о вехах секуляризации, очень важная веха - это появление книг двух европейских авторов, это Давид Фридрих Штраус и Ренан, которые в принципе писали об одном и том же. Это концепция «исторического Иисуса»: что Иисус Христос - это не Богочеловек, а это просто конкретная историческая личность, это некто, кто принёс людям совершенный закон, сам жил по этому…

А. Митрофанова: Социальную доктрину.

Прот. Георгий Ореханов: Да. Но лучше говорить даже не социальную, а моральную доктрину, которая имеет социальную составляющую. Конечно, этот подход, эта точка зрения, она была революционной для Европы, и она стала в какой-то момент очень актуальной и для России. Интересно, если изучать, скажем, дневники и письма людей, которые жили в 40-е годы 19 века, там можно встретить такие свидетельства: «Всю ночь спорили о Божественности Христа». Представляете?

А. Митрофанова: Да! Сильно!

Прот. Георгий Ореханов: Вот насколько люди - это бродящее пиво. То есть люди начинают размышлять на эту тему. А почему они начинают размышлять? Потому что некоторые из них уже послушали Гегеля в Берлине. Уже вот эти новые идеи, они попадают и в сердце, и в душу, и люди начинают об этом думать. Вот это и есть секуляризация вообще. Но на русской почве этот процесс, он, конечно, имел свои особенности определённые.

А. Митрофанова: Вот какие? Расскажите.

Прот. Георгий Ореханов: Здесь это всё связано как раз с вашим исходным вопросом: в чём причина популярности Толстого? Итак, первое - это особый статус литературы. Конечно, здесь же рядом и талант Толстого.

А. Митрофанова: Безусловно!

Прот. Георгий Ореханов: Мы не можем этот фактор просто игнорировать. Вторая причина - конечно, это человек, получивший совершенно исключительный талант от Бога, литературный. И дальше начинаются особенности русской жизни, одна из которых заключается в том, что, если упрощать ситуацию, можно сказать так, что в России в 19-ом веке чрезвычайно популярно становится всё, что оппозиционно. Это связано с понятием «русская интеллигенция».

А. Митрофанова: Да, замечание верное, я согласна.

Прот. Георгий Ореханов: По определению Федотова, он дал блестящее… Вообще, если пытаться давать определения что такое «интеллигенция», то мы просто помрём здесь, и не только здесь - это очень сложно. Но Федотов дал такое определение, что это «некая прослойка, которая находится между молотом власти и наковальней народа».

А. Митрофанова: Хорошо определил.

Прот. Георгий Ореханов: И одна из очень ярких черт интеллигенции - это её оппозиционность. И поэтому, так как сам Толстой в какой-то момент становится оппозиционен и Церкви, и власти, он, конечно, становится очень популярен. При этом люди, которые потом уже осмысляли жизнь и творчество Толстого, они обратили внимание на одну очень важную черту: Толстой популярен, но никто не живёт так, как он призывал жить уже в новый период своей собственной жизни. Этот новый период хронологически можно определить как последние 30 лет его жизни, с начала 80-х годов, когда уже написана «Исповедь», когда в 83-м году он встречается с Чертковым - начинается этот новый виток.

А. Митрофанова: Программа «Светлый вечер» в эфире. Напоминаю, мы сегодня беседуем с протоиереем Георгием Орехановым, который читает целый ряд спецкурсов по истории Русской Церкви и духовного кризиса в России в 19 веке, истории взаимоотношений Льва Николаевича Толстого с Церковью. Говорим сегодня о том, что же происходило на рубеже 19-20 веков в отношениях между одним из величайших наших писателей и Церковью, как духовным институтом и, всё-таки, организации, которая состоит из определённых людей; и почему этот конфликт дал такой колоссальный резонанс в среде современников Толстого, и почему до сих пор резонирует в нашем сознании, вызывая очень живой отклик.

Отец Георгий, вы обозначили черты нашего сознания, которые объясняют причины популярности Толстого. Безусловно, это великий человек, который стал, если я правильно поняла вашу мысль, в какой-то момент выразителем идей огромного числа людей, то есть рупором. То, о чём люди могли говорить в частной переписке друг с другом или, скажем, просто в каких-то разговорах наедине - то, что в советское время называлось кухонными разговорами, они же были, в общем-то и на рубеже 19-20 веков, - Толстой со всей своей харизмой провозгласил фактически с кафедры, в публичном пространстве об этом сказал, и стал таким образом провозвестником, наверное, каких-то чаяний. Как реагировали на это его современники? Наверняка не все сказали: «Ах ты, молодец»?

Прот. Георгий Ореханов: Конечно… Тут тоже надо быть очень осторожным в оценках, потому что сам Толстой слово «интеллигенция» очень не любил. Он, вообще, редко его употребляет, но когда употребляет, то в негативном контексте. Сам он ни в коей мере не был интеллигентом. Потому что один из ярких признаков интеллигенции, его обозначил Достоевский, кстати, он является изобретателем нового слова в русском языке: «праздношатайство». Это же слово, которое ввёл в обиход именно Достоевский. Он считал, что такое праздношатайство, оно таким ярким признаком является. Толстой ни в коей мере не был таким человеком, потому что он был представителем очень известной дворянской фамилии, вся его жизнь связана с родовым гнездом. То есть говорить о какой-то неустроенности здесь нет возможности. Именно поэтому, кстати, Достоевский не верил Толстому в его попытках стать крестьянином и тоже употреблял очень характерное слово «переряживание». Он не является его изобретателем, но по отношению к Толстому он говорил так в дневнике писателя, что «сколько бы русский барин не переряживался», то есть, сколько бы он не одевал народной одежды и сколько бы не употреблял, вот он прицепился, «огурцы с мёдом» - «всё равно народ ему не поверит». И, тем не менее, идеи Толстого, они среди интеллигенции находят очень живой отклик. Притом, что интеллигенция совершенно не собирается жить так, как призывает Толстой. Представители интеллигенции не бросают курение, скажем, не бросают употребление алкоголя, не перестают совершать грехи против седьмой заповеди и так далее. Но при этом Толстой чрезвычайно популярен. Такой поразительный эффект - популярность, с моральной точки зрения, на пустом месте, - он заставляет нас задуматься, в чём её фундамент? И здесь мы должны ещё одну, очень важную причину популярности Толстого назвать. Помимо того, о чём мы говорили - вот этого, третьего фактора оппозиционности - есть ещё четвёртый фактор. Это то, что отец Георгий Флоровский ещё назвал «панморализм»: моральная проповедь вообще становится очень популярна. Почему? Потому что там, где нет места Христу-Богочеловеку, там, где нет места Воскресению Христову, там - это легко тоже можно показать, что это протестантская тенденция - там моральные заповеди, они становятся просто всем в христианстве. Поэтому, в частности, становится так популярна Нагорная проповедь, и поэтому сам Толстой Нагорную проповедь берёт в качестве фундамента своего христианства. Вот это в совокупности и создаёт ему всемирную славу. Как написал один исследователь: «Всемирная слава к Толстому пришла не после «Анны Карениной», а после того, как он начал точать сапоги». Хотя никто из его читателей не собирался точать сапоги вслед за ним.

А. Митрофанова: Это же парадокс! Если люди поддерживают его идеи, считают, что он прав, то соответственным образом нужно менять свою жизнь в соответствии с этими идеями?

Прот. Георгий Ореханов: Они не собираются менять свою жизнь! Им это не нужно.

А. Митрофанова: А зачем тогда об этом говорить?

Прот. Георгий Ореханов: Понимаете, нужно некоторое знамя…

А. Митрофанова: Выпустить пар нужно?

Прот. Георгий Ореханов: Я не думаю, что мы можем к 19 веку подходить с такими формулировками. Мне кажется, что всё гораздо сложнее. Во-первых, далеко не все образованные читатели Толстого ему сочувствовали. То есть нельзя сказать, как любили говорить: «Вся мыслящая Россия пошла за Толстым» - это совсем не так.

А. Митрофанова: Без обобщений, в этом смысле.

Прот. Георгий Ореханов: Не вся, не вся пошла за Толстым, хотя очень значительная часть пошла. Здесь вот этот момент оппозиционности, он для тех, кто пошёл за Толстым идейно, он имел колоссальное значение. Потому что эта оппозиционность, она к концу 19 века набирает очень серьёзные обороты. И в начале 20 века она вырождается сначала в первую русскую революцию, а затем и в известные трагические события, которые вообще привели к гибели Российской империи. Интересно, что очень серьёзные авторы, они по-разному в разное время могли писать о Толстом. Интересно, скажем, как меняется взгляд на Толстого у Сергея Николаевича Булгакова - будущего отца Сергия. Сначала это отдельные статьи, потом это сборник о религии Толстого, а в 18-ом году это уже сборник «Из глубины», где и Булгаков, и Бердяев провозглашают, что эти толстовские эксперименты, они в значительной степени способствовали разрушению России.

А. Митрофанова: Даже так?

Прот. Георгий Ореханов: Разрушению Российской империи. Почему? И сам Булгаков на этот вопрос отвечает: потому что слой культурности русского народа и его религиозности оказался очень тонким, как тонкий первый лёд. То есть понадобились очень незначительные усилия, чтобы этот лёд сломать.

А. Митрофанова: Толстой в таком случае не причина, а катализатор.

Прот. Георгий Ореханов: Конечно, нельзя говорить, что Толстой - это причина революции. Но в значительной степени, с моей точки зрения, с этим можно спорить, появление такого романа как «Воскресение» - это совершенно революционное событие. Как написал ныне здравствующий Александр Вадимович Гулин, очень глубокий исследователь творчества Толстого: «Это самые позорные строки русской литературы». Вот эти две главы романа «Воскресение», где Толстой кощунствует над Литургией и над молебном в тюрьме.

А. Митрофанова: Отец Георгий, вот вы - священник, вы принадлежите к Русской Православной Церкви, там служите, преподаёте в Православном университете. А вы сами как к Толстому относитесь? Вы изучаете его, вы о нём рассказываете?

Прот. Георгий Ореханов: Я как раз хотел про этот эпизод сказать, что, когда я лекцию читал на «Правмире», меня женщина спрашивает: «Сочувствуете ли вы Толстому?» Я импульсивно ей ответил, что не сочувствую, потому что я действительно не сочувствую совершенно его идеям. Но потом, когда мы возвращались, мой спутник мне сказал, что этот ответ выглядит очень таким резонёрским и в чём-то даже грубоватым - можно ли так отвечать. Я потом дома подумал, когда мы уже собрались на вторую лекцию, я внёс уточнения: что некоторые черты творчества Толстого, они мне очень близки, конечно, некоторые его произведения, например, повесть «Казаки» или некоторые страницы «Анны Карениной»; но идейный мир Толстого, уже после перелома, я в нём не нахожу ничего для себя сродного, абсолютно. И никогда не находил, ещё даже не будучи священником и не будучи христианином. И почему это так, мне разъяснил русский философ Эрн. Вот в этом сборнике «О религии Льва Толстого» 1912 года самая блестящая статья о Толстом - это статья Эрна, которая очень мало известна. А Эрн говорит, что в Толстом всегда жили два человека - это два его героя. Это герой - Нехлюдов, который появляется в ранних произведениях Толстого и уже окончательно торжествует в романе «Воскресение». И это Ерошка из «Казаков». Нехлюдов - это символ резонёрства и рефлексии, такой тупой, тяжёлой и крайне неубедительной. Настолько неубедительной, что даже Антон Павлович Чехов, в общем-то, сочувствующий Толстому и любивший его, восхищавшийся его талантом, он написал: «Насколько неубедителен финал «Воскресения»: человек открыл Евангелие, что-то в нём прочитал и переродился», - то есть он это почувствовал. А с другой стороны - Ерошка как символ творческой инициативы, жизни, которая прорывается сквозь эту коросту. И Эрн пишет, что в конце концов Нехлюдов задушил Ерошку в Толстом и восторжествовал в нём, и вот появился такой новый образ. Я думаю, что у каждого читателя Толстого, эти два признака, маркёра, они присутствуют. Есть художественная стихия Толстого и есть его религиозные мысли.

А. Митрофанова: Художественная стихия вам нравится, если я правильно поняла?

Прот. Георгий Ореханов: Мне вообще нравится художественная стихия как таковая.

А. Митрофанова (смеётся): Это приятно слышать.

Прот. Георгий Ореханов: Это не важно - Толстой это или… Я могу объяснить почему. Потому что художественная стихия для меня - это очень важный способ донести до человека религиозные ценности.

А. Митрофанова: Каким образом?

Прот. Георгий Ореханов: Я тоже здесь могу отослать всех наших слушателей к замечательным проповедям отца Всеволода Шпиллера, это «пассии» так называемые, которые он говорил в 60-70-е годы в нашем Николо-Кузнецком храме.

А. Митрофанова: Кстати, очень много интеллигенции было на этих проповедях.

Прот. Георгий Ореханов: Не просто очень много, а трудно сказать, кто вообще не приходил туда. Но каждый цикл пассий отец Всеволод начинал с одной и той же проповеди, в которой объяснял, что такое то, что мы в богословии школьном называем «естественное богопознание», какие в душе каждого человека есть два способа начать догадываться о том, что есть Бог, что есть религиозная проблематика, что есть совсем другая жизнь. Вот эти два способа: один способ - это самопознание, вдруг человек открывает, что он даже собственное «я» адекватно, убедительно исчерпать не может, не говоря уже о «я» других людей. То есть в каждом человеке есть некая тайна, которую человек однажды в себе открывает и вдруг убеждается, что такие банальные представления о человеке: что он, например, есть совокупность очень сложных биохимических механизмов - они не работают уже. А вот такой способ богопознания есть искусство, есть творчество. И отец Всеволод говорит об этом совершенно прекрасно, что то, что выражает поэзия, музыка, живопись - это никаким другим способом выразить невозможно.

А. Митрофанова: Интересно. Да. Очень хорошо. Я понимаю, почему на этих проповедях было так много людей.

Я напоминаю нашим слушателям: в эфире программа «Светлый вечер» на радио «Вера» и мы сегодня с протоиереем Георгием Орехановым, профессором кафедры истории Русской Церкви Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета, говорим о Льве Николаевиче Толстом. Вернёмся в студию буквально через минуту.

Добрый светлый вечер ещё раз! Напоминаю, сегодня на радио «Вера» в программе «Светлый вечер» протоиерей Георгий Ореханов, профессор кафедры истории Русской Церкви Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета. Мы продолжаем разговор о Льве Николаевиче Толстом и его взаимоотношении с Церковью. Я хочу спросить: а как вообще интеллигенция в то время, если продолжать разговор о контексте эпохи, относилась к Церкви? Сейчас много пишут и говорят о том, что это отторжение колоссальное было, что справки о Причастии, которые необходимо предъявлять на работе, вызывали у всех здравомыслящих людей знак вопроса. Это же формальность, как можно относиться к Таинству формально? А если это формальность, тогда зачем всё это нужно? Что в этом смысле происходило?

Прот. Георгий Ореханов: В вашем вопросе есть два разных вопроса. Первый вопрос: что происходило с Церковью? И насколько…

А. Митрофанова: Я просто не решилась его сформулировать, спасибо за уточнение!

Прот. Георгий Ореханов: Насколько вообще тот образ церковно-государственных отношений, который существовал в 19 веке, насколько он соответствует жизни Церкви, её сущности, её задачам? С моей точки зрения, мало соответствует. Я, когда студентам читаю лекции, очень критично отзываюсь о реформах Петра. Потому что та модель существования Церкви в новом государстве, которое строил Пётр, она, конечно совершенно не соответствует призванию Церкви.

А. Митрофанова: А какова была эта модель,расскажите?! Что собой Церковь представляла - была частью государственной машины?

Прот. Георгий Ореханов: Не просто была частью государственной машины. Церковная организация всегда является частью государственной машины, в каком-то смысле.

А. Митрофанова: Вопрос - в каком?

Прот. Георгий Ореханов: Церковь просто стала ведомством, ведомством Православного исповедования. Но если опять всё упрощать очень сильно, здесь тоже можно спорить на эту тему много, но совсем просто можно сказать так: священник становится государственным чиновником, выполняя государственные функции, регистрирует акты гражданского состояния, государство живёт по церковному календарю, основные законы Российской империи провозглашают, что Православие является господствующим исповедованием и так далее. И вдруг оказывается, что всё это для Церкви крайне не полезно. С одной стороны, государство оказывает Православной Церкви всемерную поддержку. То есть такой статус, который имела Православная Церковь в государстве, законодательный статус, никакое другое исповедование не имело и не могло иметь. А с другой стороны получается, что этот союз с государством, он лишает Церковь жизненной инициативы, он лишает Церковь возможности какие-то свои очень важные функции реализовывать. Я не буду здесь говорить об очевидных вещах: что нет Патриарха, нет возможности собирать соборы и так далее. Но вот что, применительно в разговоре о Толстом, важно, что Церковь говорит очень казённым языком, потому что у неё нет возможности свободно говорить другим языком. Когда нужно создавать учебные пособия в духовных академиях и семинариях, какой есть простой способ? Давайте возьмём, посмотрим, что написали католики и протестанты, переработаем и будем использовать. И появляются иногда, надо сказать, выдающиеся такие компендиумы: все, кто изучал догматическое богословие, открывали, наверное, раз в жизни книгу митрополита Макария (Булгакова), его лекции по догматическому богословию.

А. Митрофанова: Но у нас немногие изучали догматическое богословие, поэтому - да, к сожалению.

Прот. Георгий Ореханов: Был такой автор, московский митрополит, он в конце 40-х годов издал свои лекции по догматическому богословию. Это совершенно выдающаяся такая энциклопедическая справка по любому вопросу. Хотите знать, что такое «Троица»? Посмотрите на такой-то странице. Хотите знать, что такое «искупление» - на такой-то странице. Причём эти справки снабжены подробнейшими ссылками на творения Святых Отцов. То есть появляется некий признак убедительности. Во-первых, формулировки довольно убедительные с научной точки зрения, а во-вторых, справки: посмотрите, вот об этом писал святитель Василий Великий, об этом писал святитель Григорий Богослов и так далее. Но оказывается потом, что такой подход - в общем, конечно, такой подход необходим, чтобы готовить священников, богословов - он в чём-то оказывается безжизненным.

А. Митрофанова: Живой веры в этом нет?

Прот. Георгий Ореханов: Нет, дело не в том, что нет веры. Понимаете, догматические истины, они должны быть живы всегда. Человек должен всегда понимать, что в его вере является главным, человек должен всегда, ну, как бы условно, видеть перед глазами икону Воскресения Христова, он должен чувствовать, что стержень нашей веры - это Воскресение Христово. А эта истина вот в этом компендиуме уходит куда-то на второй план. И человек начинает теряться: а что в первую очередь, а что во вторую очередь? То есть те слова святителя Иоанна Златоуста, которые мы слышим в пасхальную ночь: «Жизнь жительствует» - они как-то растворяются в таких мощных богословских справках. И современники эту слабость начинают чувствовать. Причём чувствует это не только Толстой, который, надо сказать, очень внимательно прочитал курс Макария (Булгакова) и написал на него своё, так сказать, опровержение - тоже крайне не убедительное, но уже по другой причине.

А. Митрофанова: Он почувствовал слабость того, что Христа здесь нельзя разглядеть, да?

Прот. Георгий Ореханов: Дело в том, что Толстой сам ведь Христа не разглядел, Христа Воскресшего. Он же разглядел какого Христа? Христа-проповедника, который пришёл и сказал, повторил ещё раз ветхозаветную заповедь, что нельзя красть. Но исчерпывает ли эта мысль всё, что мы знаем о Христе? Конечно, нет! То есть здесь столкнулись две слабости. И в этом был большой вызов вообще русской религиозной мысли. И надо сказать, что к чести русской религиозной мысли, она этот вызов приняла и дала ответ, но несколько позже. И в значительной степени этот ответ был дан уже в эмиграции, в Парижской школе…

А. Митрофанова: Совершенно верно, да!

Прот. Георгий Ореханов: Но все эти люди, они держали в голове вопросы Толстого, всегда, обязательно. И они искали ответы на эти вопросы. И нашли по-своему убедительные ответы. Например, курс догматического богословия Владимира Николаевича Лосского - это уже, конечно, совершенно иное явление, это нечто совершенно новое и очень глубокое.

А. Митрофанова: Современником Толстого был Фёдор Михайлович Достоевский, ещё один столп нашей литературы. Они были людьми, которые могли соприкоснуться в литературной среде, которые друг о друге прекрасно знали, которые при этом не были лично знакомы, никогда не состояли в переписке. Два великих современника, которые, как кажется сейчас мне, человеку, не вполне погружённому в эти знания, смотрели в разные стороны. Насколько действительно в разные стороны они смотрели, и чем объяснить тот факт, что они так и не познакомились? Ведь был эпизод, что они даже в одном помещении присутствовали и был человек, который знал и того и другого - Страхов, он мог их подвести друг к другу, чтобы они хотя бы руки пожали.

Прот. Георгий Ореханов: Да. Но этого не произошло, и оба очень жалели об этом потом: что в этот вечер не встретились в 78-ом году, на лекции Владимира Сергеевича Соловьёва - кстати, ещё один их великий современник. Представить себе, что в одной аудитории сидят Соловьёв, Толстой, Достоевский - это же дух захватывает просто!

А. Митрофанова: Правда. Захватывает!

Прот. Георгий Ореханов: Но этой встречи не произошло. Почему? Конечно, мы не знаем. Но сейчас целая литература есть по поводу того, почему Страхов их в тот вечер не познакомил. Это уже другой вопрос. Но, конечно, вы совершенно правы в том, что идейно эти люди пересекались постоянно. Потому что и Толстой относился очень серьёзно к творчеству Достоевского, и Достоевский к творчеству Толстого. Достаточно сказать, что в «Дневнике писателя» в 1877 году Достоевский, хотя и очень критично относясь к личности Левина и его переряживанию, пишет о том, что «Анна Каренина» - это лучший европейский роман 19 века. Вот такое признание Достоевского. Притом, что через два года появятся «Братья Карамазовы». Вот это очень важно понимать, когда мы говорим о контексте эпохи, о секуляризации. Употребляя такие сложные слова, нужно просто встать перед фактом, что в конце 70-х годов русская культура выдаёт три совершенно вершинных произведения — это «Анна Каренина», «Братья Карамазовы» и «Чтения о Богочеловечестве» Соловьёва. Вот что же такое могло в русской культуре…

А. Митрофанова: Третья книга менее известна широкому читателю, но тем не менее…

Прот. Георгий Ореханов: Что могло произойти в русской культуре, что вдруг такой взрыв происходит, такая революция?

А. Митрофанова: У вас есть ответ на этот вопрос?

Прот. Георгий Ореханов: Я не готов его сейчас дать. Я, конечно, об этом думал и постоянно думаю, но это очень сложно. У меня вот какой ответ есть. Я напомню нашим слушателям, что в 1836 году Пётр Яковлевич Чаадаев попытался опубликовать, не очень удачно, своё первое философическое письмо, в котором говорил о том, что у России нет никакого исторического пути. Имплицитно он высказывает ту мысль, что было бы вообще неплохо, если бы Россия в своё время приняла католицизм, а не православие, тогда бы, может быть, всё было бы гораздо лучше в её истории. Мне на самом деле это первое философическое письмо Чаадаева очень нравится, оно очень глубокое. И вообще Чаадаев…

А. Митрофанова: Он искренний.

Прот. Георгий Ореханов: Он очень симпатичный человек. Ну, если опять ко всему относиться так, как мы сейчас любим относиться - просто вот…

А. Митрофанова: Это как?

Прот. Георгий Ореханов: Краткое содержание скачать. Знаете, есть термин «копипаст»?

А. Митрофанова: Да, знаю, к сожалению.

Прот. Георгий Ореханов: Студенты так вот учатся. Если относиться к Чаадаеву с копипастом, то, конечно, ничего в нём не поймёшь. Но вот что удивительно: с моей точки зрения Чаадаев очень несвоевременно это письмо опубликовал. Потому что уже весной 36-го года выходит «Ревизор». Чаадаев с возмущением писал: «Какое безобразие - меня объявили сумасшедшим за моё письмо, а посмотрите на сцене Императорских театров какая пьеса идёт, которая порочит Россию и является чуть ли не кощунством!» Но он не понял, что происходит мощнейший перелом вообще в русской культуре. Уже Пушкин написал все свои основные произведения. Пройдёт всего каких-то 40 лет, и русская культура даст два таких произведения, которые не дала больше ни одна культура в мире. Я совершенно убеждён в том, что «Анна Каренина» и «Братья Карамазовы» - это вершина мировой цивилизации, но светской, конечно.

А. Митрофанова: Интересный факт. Толстой ведь критиковал роман «Братья Карамазовы» за художественную неубедительность, вообще стиль Достоевского ему не нравился. И при этом, когда он ушёл из Ясной Поляны, за несколько дней до смерти это произошло, это известный факт, у него ведь что лежало рядом с его постелью - роман «Братья Карамазовы». Чем вы объясняете этот парадокс?

Прот. Георгий Ореханов: Я просто два слова скажу о плохом стиле Достоевского.

А. Митрофанова (смеётся): Скажите!

Прот. Георгий Ореханов: Есть такой замечательный литературовед Карен Степанян, который мне однажды очень убедительно объяснил всё, что связано со стилем Достоевского. Он сказал, что Достоевский, когда - то есть в 19 веке употребляли такой термин «гранки», то есть это некий прообраз нашей вёрстки, - значит, Достоевский получал гранки из типографии и боролся в них за каждую точку и за каждую запятую. Чем доводил до состояния просто озверения наборщиков, потому что очень часто - понятно, что технология другая была и всё могло поползти просто, - но Достоевский буквально боролся за каждую точку и за каждую запятую. Мог ли плохой стилист вот так себя вести? То есть это некий миф о том, что Достоевский плохой стилист. Но Толстой именно так и считал, что «Братья Карамазовы» - это не художественное произведение.

А. Митрофанова: Добрый вечер ещё раз, добрый светлый вечер! Я - Алла Митрофанова, мы продолжаем в нашей студии разговор с протоиереем Георгием Орехановым, профессором кафедры истории Русской Церкви Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета. О Толстом и Достоевском мы с вами сейчас заговорили и остановились на том моменте что при, скажем так, скептическом отношении Толстого к стилю Достоевского и, в частности, к роману «Братья Карамазовы», он вместе с тем, накануне вот, перед смертью, этот роман читал, он лежал рядом с его постелью. Чем же объяснить этот факт?

Прот. Георгий Ореханов: На наше счастье мы точно знаем, что именно он читал в этом романе: в записках старца Зосимы раздел, посвящённый геенскому огню. Мы это точно знаем, потому что в том экземпляре, который сохранился, есть пометки Толстого на полях. То есть его опять интересовала моральная проблематика. В момент своего ухода из Ясной Поляны мы можем только предполагать, что Толстой переживал. Конечно, это был совершенно ужасный, трагический период его жизни, ему оставалось жить всего неделю или 10 дней. Он находился в страшном конфликте со своей женой, с которой прожил 48 лет, это надо помнить. Он встретил полное непонимание со стороны своих детей, всех, кроме, может быть, Александры Львовны, младшей дочери. Он совершил акт, который совершенно никак не укладывался в его систему ценностей: он тайно подписал завещание, в лесу, на пне - ну, просто дикость какая-то! Русский дворянин Толстой прячется от своей семьи, в лесу и на пне подписывает тайное завещание, которое лишает прав наследства его семью. То есть полный раздрай такой душевный.

А. Митрофанова: Тоже парадокс, кстати говоря! Человек, который всю жизнь призывал к разумному, доброму, вечному, в своей собственной семье не находит любви, понимания, признания, бежит.

Прот. Георгий Ореханов: Да. Главный вопрос: куда и зачем он бежит? Всё-таки факт остаётся фактом. Интересно, что те светские исследователи, которые писали о Толстом и в советскую эпоху и уже в 90-е годы, они крайне неохотно останавливались на его приезде в Оптину Пустынь, потому что, конечно, это и для современников было полной неожиданностью. Куда может Толстой убежать? Он может убежать к своим последователям, к каким-нибудь сектантам религиозным, на Кавказ или ещё куда-нибудь, или, может быть, сесть на корабль и в Канаду к духоборам отправиться, или ещё куда-то. А Толстой разрывает все свои связи. Он даже в первый момент Черткова видеть не хочет. Он в дневнике для одного себя пишет ключевую фразу: «Уйти от всех». То есть он хочет остаться один.

А. Митрофанова: Он даже специально дневник такой завёл. Потому что другие его дневники просматривались тем же Чертковым. А этот был специально тайный, чтобы никто его уже совершенно не видел.

Прот. Георгий Ореханов: Да.

А. Митрофанова: Колоссальное внутреннее одиночество, просто чудовищное одиночество!

Прот. Георгий Ореханов: Такой вот знак: «уйти от всех». Он хочет уйти от всех, он хочет остаться один. И этой ноши он не выдерживает. Важно, что, на самом деле, он в этом трагическом состоянии всё-таки самого родного человека находит. А этим самым родным человеком оказывается его сестра Марья Николаевна, к которой он и приезжает в Шамордино.

А. Митрофанова: Недалеко от Оптиной Пустыни - монастырь женский.

Прот. Георгий Ореханов: Да. Это всё факты, которые мы игнорировать не можем. Конечно, дальше начинаются гадания, я их очень не люблю: покаялся ли Толстой, а что бы было, если б он покаялся? К сожалению, для всех нас никаких признаков того, что он покаялся или хотел покаяться, нет. Хотя реальной картины того, что происходило на станции Астапово, где он лежал уже больной воспалением лёгких, у нас до сих пор нет.

А. Митрофанова: В общем, мы не знаем, что с человеком в последние минуты его жизни происходит. Какие там у него отношения с Богом выстраиваются, мы не знаем.

Прот. Георгий Ореханов: Да. Потому что воспоминания об этих днях оставили люди, которые в этот момент крайне не сочувствовали Церкви и совершенно не сочувствовали идее, что Толстой может с Церковью примириться. Это надо, конечно, помнить: кто автор тех или иных документов. И с этой точки зрения, конечно, колоссальный интерес являет собой личность Александры Львовны Толстой.

А. Митрофанова: Дочери.

Прот. Георгий Ореханов: Младшей дочери, которая сумела… Это поразительная жизненная энергия. Здесь, конечно, она очень похожа на своего отца. Наверное, из всех детей, она больше всех похожа на отца, она даже внешне очень на него похожа - потому что она была грузной, какой-то нелепой такой немножко, то есть у неё не женственный облик. И история её дальнейшей жизни: сначала в Советской России, потом в Японии, потом в Соединённых Штатах - это нечто фантастическое. Как она становится христианкой, как она спасает от голодной смерти десятки тысяч людей, как она строит православный храм, и как она умирает христианкой, и какое замечательное слово на её отпевании говорит Предстоятель Зарубежной Церкви митрополит Филарет Вознесенский. Вот когда меня спрашивают: «А как Церковь относится к Толстому?» Я считаю, что наиболее адекватно это отношение выразил митрополит Филарет. Он сказал на отпевании Александры Львовны, что «Церковь скорбит вместе с родственниками Толстого о его участи». Что может Церковь? Она может только скорбеть о том, что человек… Мы же начали с таланта Толстого, теперь мы можем подвести некоторый итог, сказав, что Церковь скорбит о том, что этот талант так не по-евангельски был употреблён.

А. Митрофанова: Отец Георгий, а возникает вопрос: ведь были же и в то время, несмотря на огромное количество таких преград в виде положения Церкви, зависимости от государства, этих пресловутых справок о Причастии, формализма и прочее, ведь были же исключительно яркие люди внутри Церкви - Оптинские старцы, к примеру. У Достоевского в романе «Братья Карамазовы» есть потрясающий эпизод: как старец Зосима, который является собирательным образом разных старцев, с которыми Фёдор Михайлович общался в Оптиной Пустыни, когда туда приезжал; какое он утешение даёт женщине, которая потеряла своего четвёртого сына. Она рвёт на себе волосы, она не понимает, как с этим жить, и он ей говорит какие-то слова, и Достоевский передаёт, в общем, то, что он сам услышал, когда своего сына Алёшу потерял. Он поехал туда с Владимиром Соловьёвым, кстати, по-моему, но не важно. Смысл в том, что были Оптинские старцы - какой-то невероятный просто кладезь мудрости и человеческой любви. Был митрополит Антоний Храповицкий - очень мудрый человек, тоже с такой любовью дышащей. Были и другие достойные. Толстой же мог к ним апеллировать. Почему он, тем не менее, всё равно мимо этого прошёл, как вы думаете?

Прот. Георгий Ореханов: Я не могу согласиться с тем, что он мимо этого прошёл. Толстой к ним апеллировал, безусловно. Толстой был в Оптиной пустыни не менее 6 раз. Какой ещё русский писатель столько в Оптиной Пустыни был, кроме Леонтьева, который там просто жил 4 года? То есть никого больше не тянуло в Оптину Пустынь так, как Толстого. В Оптиной Пустыни, к сведению наших слушателей, похоронены две его тётушки и родная сестра похоронена в Шамордино. Это тоже ведь совершенно не случайно. Конечно, Толстой не мог пройти мимо такого человека, как преподобный Амвросий. Но здесь мы возвращаемся к тому, о чём говорили: два человека, живущие в Толстом - Ерошка и Нехлюдов. Ерошка - вот этот художественный дар, он подсказывает Толстому, что рядом с ним совершенно неординарный человек, святой человек. Поэтому его тянет к преподобному Амвросию, а потом и к его келейнику, будущему старцу, отцу Иосифу (Литовкину). А Нехлюдов говорит: «Ну да, этот человек - святой, но он Евангелие трактует неправильно. Давай его научим правильной трактовке Евангелия», — на что Толстой тратит время своего разговора. Это реальный исторический эпизод. Толстой приезжает к старцу Амвросию, начинает объяснять ему Евангелие. Вот это совершенно, конечно, парадоксально. То есть Нехлюдов побеждать уже начал к тому времени, к концу 80-х, началу 90-х годов. И ничего мы сделать не можем, потому что это тайна человеческой души, его свободы.

А. Митрофанова: Это был его выбор.

Прот. Георгий Ореханов: Это был его выбор, и это отчасти и ответ на ваш исходный вопрос. Конечно, русская история дала в 19 веке огромное количество святых, которые могли стать образцом и для интеллигенции, и для крестьянства, и вообще для всей России. Тут ещё одна очень интересная тема: Толстой и отец Иоанн Кронштадтский, например. Такая связка.

А. Митрофанова: Да, например!

Прот. Георгий Ореханов: В душе каждого человека и живут вот этот Ерошка, и этот самый Нехлюдов. И всегда так будет, это религиозная тайна человеческой души. Этот выбор человек делает вплоть и до сего дня. Я, как священник, могу сказать, вот приходят люди и говорят: «Батюшка, я не знаю, как мне жить, я не знаю, что мне делать!» - Ну, ты же знаешь, как тебе жить, ты же Евангелие читал! Ты просто не хочешь так жить, в тебе Нехлюдов побеждает. В тебе побеждает резонёрство, которое говорит: «А может быть, это всё неважно, может быть, не важно бороться со своими грехами» и так далее. Вот такой резонёр победил, но, конечно, с другой точки зрения, и в Толстом. Потому что Толстой, он боролся со своими грехами, конечно, в нравственной сфере. Между прочим, для меня это очень важная запись в дневнике Толстого, когда он пишет, что «с момента свадьбы я ни разу не изменил жене». То есть для него некий нравственный ориентир в жизни существовал, это был, по-своему, очень высокий ориентир. Но этот ориентир безжизненный, потому что, как пишет апостол Павел: «Если Христос не воскрес, тщетна вера ваша». Вот Толстой никак этого понять не мог: что какие бы нравственные планки человек не ставил перед собой, если Христос не воскрес, эти планки для человека недостижимы просто и в чём-то бессмысленны.

А. Митрофанова: Парадокс! Человек с таким колоссальным талантом, огромным сердцем, с богатейшей душой и почему-то оказывается закрыт от этих… Хотя, опять же, мы не знаем, что происходило с ним в последние минуты жизни. Это всегда тайна и это только вот отношения человека непосредственно с Богом. Нас там не было. В общем, слава Богу, что нас там не было!

Знаете, о чём хочу спросить у вас? Толстой сам делил своё творчество на «до 1880 года» и «после». Считал, что его произведения после 80-го года, как раз самые главные, что он оставляет, его наследие. А при этом романы, которые имеют колоссальную популярность и оказали серьёзное влияние на огромное количество людей, - эти романы написаны до. «Война и мир», «Анна Каренина» - первое, что приходит на ум. А всё, что после, там уже есть зачатки проповедничества. Есть такой, я не знаю, объективным законом, наверное, это назвать нельзя, но позволю себе такое наблюдение: в тот момент, когда в художнике начинает побеждать проповедник, заканчивается художник. Мы не можем в полной мере сказать такое про Толстого, потому что там и «Хаджи-Мурат» появился и другие замечательные произведения. Но, в тоже время, ничего сопоставимого с «Анной Карениной» и «Войной и мир» он уже не написал. Как вы считаете, почему для него это был такой водораздел именно 80-й год и почему он ошибся?

Прот. Георгий Ореханов: Вы знаете, я отчасти не соглашусь с вашим тезисом, что когда начинает побеждать проповедник, то умирает художник. Потому что ведь Достоевский тоже был проповедником, и Гоголь был проповедником.

А. Митрофанова: Гоголь, когда стал проповедовать, к сожалению, закончился как искромётный писатель.

Прот. Георгий Ореханов: Тут это большой вопрос. Проблема начинается тогда, когда проповедник ставит перед собой задачу убить художника. Выбирая наш образ - когда Нехлюдов хочет убить Ерошку сознательно, задушить его. В этой ситуации проповедь… Вот знаете, есть такой Алексей Николаевич Варламов, знаете его прекрасно?

А. Митрофанова: Да, наш современник, писатель очень хороший, исследователь литературы.

Прот. Георгий Ореханов: Однажды у него спросили в одном интервью: «А вот что нужно, чтобы в произведении художественном появилась религиозная проблематика?» - примерно такой вопрос. И он дал замечательный ответ: «Поменьше священников и поменьше рассуждений о Евангелии!»

А. Митрофанова: Очень хорошо!

Прот. Георгий Ореханов: Парадоксальный ответ.

А. Митрофанова (смеётся): Правильный!

Прот. Георгий Ореханов: Но правильный, потому что одно подменяется другим. То есть люди думают, что если будет много священников и монастырей, то это и есть религиозная проблематика, убедительная для читателя. А это совсем не так!

А. Митрофанова: Отец Георгий, спасибо вам огромное за этот разговор! Мы должны его уже сейчас завершать. Я надеюсь, вы в студию к нам ещё не раз придёте. Я напомню: у нас в гостях в программе «Светлый вечер» был протоиерей Георгий Ореханов, профессор кафедры истории Русской Церкви Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета, который читает спецкурсы по истории Русской Православной Церкви и взаимоотношении с Львом Николаевичем Толстым, о религиозном кризисе в России в 19 веке, и является автором нескольких книг и исследований, которые посвящены Льву Николаевичу Толстому. Спасибо за этот разговор!

Прот. Георгий Ореханов: Спасибо большое!

Источник:  Радио ВЕРА Светлое радио  
 Карта сайта

Анонсы




Персоны

АВЕРИНЦЕВ АРАБОВ АРХАНГЕЛЬСКИЙ АСТАФЬЕВ АХМАТОВА АХМАДУЛИНА АДЕЛЬГЕЙМ АЛЛЕГРИ АЛЬБИНОНИ АЛЬФОНС АЛЛЕНОВА АКСАКОВ АРЦЫБУШЕВ АДРИАНА БУНИН БЕХТЕЕВ БИТОВ БОНДАРЧУК БОРОДИН БУЛГАКОВ БУТУСОВ БЕРЕСТОВ БРУКНЕР БРАМС БРУХ БЕЛОВ БЕРДЯЕВ БЕРНАНОС БЕРОЕВ БРЭГГ БУНДУР БАХ БЕТХОВЕН БОРОДИН БАТАЛОВ БИЗЕ БРЕГВАДЗЕ БУЗНИК БЛОХ БЕХТЕРЕВА БУОНИНСЕНЬЯ БРОДСКИЙ БАСИНСКИЙ БАТИЩЕВА БАРКЛИ БОРИСОВ БУЛЫГИН БОРОВИКОВСКИЙ БЫКОВ БУРОВ БАК ВАРЛАМОВ ВАСИЛЬЕВА ВОЛОШИН ВЯЗЕМСКИЙ ВАРЛЕЙ ВИВАЛЬДИ ВО ВОЗНЕСЕНСКАЯ ВИШНЕВСКАЯ ВОДОЛАЗКИН ВОЛОДИХИН ВЕРТИНСКАЯ ВУЙЧИЧ ГАЛИЧ ГЕЙЗЕНБЕРГ ГЕТМАНОВ ГИППИУС ГОГОЛЬ ГРАНИН ГУМИЛЁВ ГУСЬКОВ ГАЛЬЦЕВА ГОРОДОВА ГЛИНКА ГРАДОВА ГАЙДН ГРИГ ГУРЕЦКИЙ ГЕРМАН ГРИЛИХЕС ГОРДИН ГРЫМОВ ГУБАЙДУЛИНА ГОЛЬДШТЕЙН ГРЕЧКО ГОРБАНЕВСКАЯ ГОДИНЕР ГРЕБЕНЩИКОВ ДЮЖЕВ ДЕМЕНТЬЕВ ДЕСНИЦКИЙ ДОВЛАТОВ ДОСТОЕВСКИЙ ДРУЦЭ ДЕБЮССИ ДВОРЖАК ДОНН ДУНАЕВ ДАНИЛОВА ДЖОТТО ДЖЕССЕН ЖУКОВСКИЙ ЖИДКОВ ЖУРИНСКАЯ ЖИЛЛЕ ЖИВОВ ЗАЛОТУХА ЗОЛОТУССКИЙ ЗУБОВ ЗАНУССИ ЗВЯГИНЦЕВ ЗОЛОТОВ ИСКАНДЕР ИЛЬИН КАБАКОВ КИБИРОВ КОЛЛИНЗ КОНЮХОВ КОПЕРНИК КУБЛАНОВСКИЙ КУРБАТОВ КУЧЕРСКАЯ КУШНЕР КАПЛАН КОРМУХИНА КУПЧЕНКО КОРЕЛЛИ КИРИЛЛОВА КОРЖАВИН КОРЧАК КОРОЛЕНКО КЬЕРКЕГОР КРАСНОВА ЛИПКИН ЛОПАТКИНА ЛЕВИТАНСКИЙ ЛУНГИН ЛЬЮИС ЛЕГОЙДА ЛИЕПА ЛЯДОВ ЛОСЕВ ЛИСТ ЛЕОНОВ МАЙКОВ МАКДОНАЛЬД МАКОВЕЦКИЙ МАКСИМОВ МАМОНОВ МАНДЕЛЬШТАМ МИРОНОВ МОТЫЛЬ МУРАВЬЕВА МОРИАК МАРТЫНОВ МЕНДЕЛЬСОН МАЛЕР МУСОРГСКИЙ МОЦАРТ МИХАЙЛОВ МЕРЗЛИКИН МАССНЕ МАХНАЧ МЕЛАМЕД МИЛЛЕР МОЖЕГОВ МАКАРСКИЙ МАРИЯ НАРЕКАЦИ НЕКРАСОВ НЕПОМНЯЩИЙ НИКОЛАЕВА НАДСОН НИКИТИН НИВА ОКУДЖАВА ОСИПОВ ОРЕХОВ ОСТРОУМОВА ОБОЛДИНА ОХАПКИН ПАНТЕЛЕЕВ ПАСКАЛЬ ПАСТЕР ПАСТЕРНАК ПИРОГОВ ПЛАНК ПОГУДИН ПОЛОНСКИЙ ПРОШКИН ПАВЛОВИЧ ПЕГИ ПЯРТ ПОЛЕНОВ ПЕРГОЛЕЗИ ПЁРСЕЛЛ ПАЛЕСТРИНА ПУЩАЕВ ПАВЛОВ ПЕТРАРКА ПЕВЦОВ ПАНЮШКИН ПЕТРЕНКО РАСПУТИН РЫБНИКОВ РАТУШИНСКАЯ РАЗУМОВСКИЙ РАХМАНИНОВ РАВЕЛЬ РАУШЕНБАХ РУБЛЕВ РЕВИЧ РУБЦОВ РАТНЕР РОСТРОПОВИЧ РОДНЯНСКАЯ СВИРИДОВ СЕДАКОВА СЛУЦКИЙ СОЛЖЕНИЦЫН СОЛОВЬЕВ СТЕБЛОВ СТУПКА СКАРЛАТТИ САРАСКИНА САРАСАТЕ СОЛОУХИН СТОГОВ СОКУРОВ СТРУВЕ СИКОРСКИЙ СУИНБЕРН САНАЕВ СИЛЬВЕСТРОВ СОНЬКИНА СИНЯЕВА СТЕПУН ТЮТЧЕВ ТУРОВЕРОВ ТАРКОВСКИЙ ТЕРАПИАНО ТРАУБЕРГ ТКАЧЕНКО ТИССО ТАВЕНЕР ТОЛКИН ТОЛСТОЙ ТУРГЕНЕВ ТАРКОВСКИЙ УЖАНКОВ УМИНСКИЙ ФУДЕЛЬ ФЕТ ФЕДОСЕЕВ ФИЛЛИПС ФРА ФИРСОВ ФАСТ ФЕДОТОВ ХОТИНЕНКО ХОМЯКОВ ХАМАТОВА ХУДИЕВ ХЕРСОНСКИЙ ХОРУЖИЙ ЦВЕТАЕВА ЦФАСМАН ЧАЛИКОВА ЧУРИКОВА ЧЕЙН ЧЕХОВ ЧЕСТЕРТОН ЧЕРНЯК ЧАВЧАВАДЗЕ ЧУХОНЦЕВ ЧАПНИН ЧАРСКАЯ ШЕВЧУК ШУБЕРТ ШУМАН ШМЕМАН ШНИТКЕ ШМИТТ ШМЕЛЕВ ШНОЛЬ ШПОЛЯНСКИЙ ШТАЙН ЭЛГАР ЭПШТЕЙН ЮРСКИЙ ЮДИНА ЯМЩИКОВ